Ничья его девочка

Усмехнулся самодовольно я бы сказала и в эту секунду из волчары стал похож на довольного сиамского кота.

— Ты ж кажется сбежать хотела, свободы. Или уже передумала? Сытая жизнь лучше, чем бомжевать, а, Лиса? Умнеешь. Репетиторы идут на пользу, мозги включились.

— Они всегда нормально функционировали.

— Тебе так кажется. Тебе их явно недовесили.

И продолжает улыбаться, а у меня от осознания, что этот человек только что отдал приказ жестоко замучить другого человека. А теперь спокойно ведет машину и улыбается, по коже мороз пошел. Кто ты такой, Захар Барский? Я ведь тебя не просто не знаю — я даже на десятую долю из миллионного целого не приблизилась к разгадке.

— Зачем мне знакомиться с вашей семьей? — спросила и откинула голову на мягкое сидение, с удовлетворением ощущая, как постепенно отпускает боль в переносице.

— Затем, что ты устроила представление, которое может стоить мне карьеры. В лучшем случае.

— А что такое? Меня приняли за вашу любовницу? Вы с ними обычно по магазинам не ходите?

Повернулся ко мне и на секунду его глаза вспыхнули. Какие же они красивые, такие светлые и невозможно холодные, а от этого холода внутри все дрожать начинает, я провела кончиком языка по пересохшей нижней губе.

И эти глаза, он резко перевел взгляд на мои губы и тут же отвел его на дорогу. Как же мне хотелось, чтобы он хоть раз посмотрел на меня не как на презренное насекомое.

— Ты слишком много себе позволяешь.

— И что? Думаете я вас боюсь? И буду молчать?

— А стоило бы бояться. Но с недовесом это пооблематично.

Констатировал он совершенно спокойно и чуть приоткрыл окно, рассмеялся, вытаскивая руку наружу с растопыренными пальцами, ловя воздух.

Ветер откинул его волосы назад с высокого, даже чуть великоватого лба и мне подумалось, что именно так могли выглядеть цари, не знаю там графы или князья. Вот так аристократично, как он.

— Вы мне язык отрежете как тому Хряку или нос?

Продолжает смеяться и играть рукой с волнами воздуха, вызывая завистливое желание сделать тоже самое.

— Живьем закопаю и никто не узнает, что ты вообще когда-то существовала… Но это если выведешь окончательно, а так задницу выдеру до мяса и мозолей.

Я судорожно глотнула воздух, когда представила его сильную ладонь, опускающуюся мне на ягодицы… при этом я лежу животом у него на коленях с задранным платьем и от чего-то низ живота обожгло кипятком от этой картинки. Стало горячо между ног и от чего-то захотелось ощутить именно там его пальцы. Стало очень душно. Я совершенно забыла про свой нос.

— Вы их тоже бьете? — хрипло спросила я.

Быстро посмотрел на меня так, что у меня в горле пересохло.

— Значит так, Лиса. Определимся прямо здесь и сейчас.