0
0— секунды блаженства, когда прохладный ветер вдарил по мне, а потом резко подкатывающей тошноты, потому что в соседней машине ели какие-то беляши. Твою мать!
— О боже! Закрывай! — я практически взвыла. Почему так плохо?! А потом мне в голову пришла гениальная мысль, — Дим, дай мне свой шарф, пожалуйста. — надеясь, что моя идея сработает, попросила я.
Потрошитель был готов сделать в этот момент что угодно, лишь бы я прекратила метаться по салону. Мне протянули заветную ткань, и я глубоко вдохнула её запах. Да-а-а, рай точно есть! Дыхание выровнялось, отсутствующее содержимое моего желудка перестало проситься на волю.
— Легче? — с каким-то невероятно глубоким взглядом спросил Дима.
— Угу. — я блаженно закрыла глаза и зарылась лицом в шарф. Так мы и доехали до больницы.
— Не отдам. — помотала головой, когда Потрошитель припарковался.
— Никто и не просил, — умиленно улыбнулся Гордеев, — я готов весь раздеться, лишь бы тебя не тошнило. — хохотнул.
— Вот забеременеешь, я на тебя посмотрю. — насупилась я, а потом под его дикий смех хлопнула себя по лбу. — Ты меня понял, — отмахнулась я от той глупости, которую сказанула.
Чувство дежавю не покидало меня: снова Дима ведет меня ко входу в клинику, снова Вера ждет нас у ресепшена. Только теперь ее теплая улыбка не для индюшачьей задницы, сегодня звезда этого утра — я. Замученное зеленое недоразумение с капюшоном на голове и шарфом у лица.
— Ну вот мы и вернулись. — рассмеялся Дима. До этого я еще ездила к Вере пару раз, после больницы, но Гордеева с собой не брала.
— Злата, девочка, совсем плохо? — спросила Вера, а я закивала головой.
— Очень. — все еще вдыхая Димин запах, промямлила я. — Можно мне в туалет? — жалобно глянула.
— Конечно, вон та дверь, видишь? — совершенно не напрягаясь сказала, в отличие от Гордеева, который снова занервничал.
— Это вообще нормально? — спросил он у нее, глядя вслед удаляющейся мне.
— У нее токсикоз, Дим. Сильный правда, но не переживай, сейчас все поподробнее выясним.
— Ладно, ребят, пойдемте в кабинет. — пригласила Вера после того, как я вернулась.
— Я так понимаю, еще никто ничего не знает, да? — довольно сверкнула глазами.
— Да, тетя Вера, — Потрошитель оскалился, — и не узнает, пока мы не расскажем.
— Да ну тебя, я и не собиралась. — надулась она. — Просто мне нужно знать, чтобы не попасть в неудобную ситуацию.
Осмотр, анализы, результаты которых Вера обещала сказать уже через полтора- два часа, рекомендации кормить меня всем, чем захочется и давать много отдыхать. Вера мне строго-настрого запретила появляться в институте как минимум до конца недели, и все мои слезные просьбы о том, что я не хочу пропускать и мне очень нужно туда, были пресечены Димой на корню.
