Небо на двоих

С недовольным видом, но промолчал…

Вадим снова обнял меня за плечи. И тут на нас налетели лохматая девица и долговязый парень с телекамерой на плече.

– Сочинское телевидение! Специально для НТВ! Только один вопрос, только один! – возопила девица и ткнула мне в лицо микрофон, а парень навел на меня камеру.

– Вы врач? – почему-то тоном прокурора-обвинителя спросила корреспондентка. – Говорят, вы многим раненым спасли сегодня жизнь. Представьтесь, пожалуйста.

Но я в расстройстве, что камера фиксирует мой, мягко сказано, неприглядный вид и чумазое лицо, раздраженно ответила:

– И чем же вы занимаетесь? – ввернула второй вопрос девица.

– Работаю в глянцевом журнале, – ответила я сердито. – На этом все! Вы обещали задать один вопрос, но втюхнули и второй…

– Но как же? – Девица побагровела. – Мы снимаем вас для НТВ…

– Слышала, слышала, – отмахнулась я. – Достаточно! Больше никаких вопросов!

– Зрителям же будет интересно знать, как сотрудница глянцевого журнала очутилась в эпицентре катастрофы.

– Зрителям по барабану, как я здесь очутилась, – огрызнулась я и, повернувшись спиной к камере, взяла Вадима под руку.

Прищурившись, он смотрел на меня и улыбался.

– Пошли, – сказала я, – а то свалюсь от усталости.

Мы направились к лошадям. Их держал в поводу Шалико и тоже улыбался мне во весь рот.

Девица и оператор не отставали.

– Скажите, сколько человек вы спасли лично? А раненым переливали свою кровь?

– Отстань, а? – Шалико заступил им дорогу. – Видишь, на докторе лица нет…

Он в чем-то убеждал девицу, та громко возмущалась, но я уже взгромоздилась на Конфету, Вадим – на Ветра. И мы направились домой.

По дороге мы перекинулись едва ли парой фраз.

Меня укачало на лошади. Глаза слипались от усталости, хотелось тишины и покоя. Но Вадим беспрестанно разговаривал по телефону, и это меня раздражало. Звонки следовали один за другим почти без перерыва. И наконец Вадим в сердцах его отключил. Конечно, я не прислушивалась, что он говорил в трубку чаще сердитым или приказным тоном. Да и нужды особой не было – высказывался он громко, и все переговоры крутились вокруг катастрофы и только. Похоже, Вадим был нужен всем, сию минуту и одновременно в разных местах. Возможно, в других обстоятельствах я бы восхитилась такой его способностью, но сейчас мне было не до восторгов. Я мечтала о том, как доберусь до своей комнаты и немедленно смою грязь и пот, которые, казалось, растеклись по всем капиллярам.

У раскрытых настежь ворот нас встретил Эдик. Мы с Вадимом спешились, и парень увел куда-то лошадей.

Мы направились к дому сквозь толпы людей и горы грузов, заполнивших двор. Краем глаза я заметила российский флаг, болтавшийся на грецком орехе.