Небо на двоих

Конечно, строгий наблюдатель назвал бы мои переживания сопледавилкой. Но с каких это пор растерзанную совесть и вывернутую наизнанку душу стали называть соплями?

– Скотина! Тупая, бесцеремонная скотина!

Я с остервенением ударила ладонью по воде и поднялась на ноги. В зеркале на стене ванной рассмотрела абсолютно измученное лицо с темными кругами под глазами. Неудивительно, что Вадим меня в грош не ставит. Приехала гостья, словно снег на голову свалилась, и внешне смотрится – краше в гроб кладут. Но, может, я просто отвыкла видеть свое лицо без косметики? И Юра абсолютно прав, что подобрал себе более презентабельную супругу.

Интересно одно: почему в журнале ни разу не сделали замечания по поводу моего внешнего вида? Не пригрозили уволить, если я не поработаю над своей внешностью? Нет, здесь не то. В Москве я ведь тоже смотрела в зеркало. И нравилась себе. Вероятно, все дело в том, блестят ли глаза. Живешь ли ты радостным ожиданием и предчувствием счастья. Праздник ли у тебя на душе или гнетущий холод. Все же Любава права: мне нужны новые наряды, хорошая косметика, да и к стилисту сходить бы стоило. Подобрать прическу, макияж…

Но даже столь приятные во всех отношениях мысли мало меня успокоили. Где я, а где тот стилист? Обида, досада, стыд смешались в один ядовитый коктейль. Я отвернулась от зеркала. Ничего, придет мой час! Отосплюсь, позагораю под южным солнцем, восстановлю спортивную форму, и тогда посмотрим, Вадим Борисович, как вы будете нос воротить!

Слегка обтершись полотенцем, я, как была, голышом, залезла под одеяло, а ненавистную ночную сорочку зашвырнула на плательный шкаф. Но с каким удовольствием я зашвырнула бы туда источники своих страданий… Весь боекомплект: Юру, Лизоньку и Вадима.

Но это было так же немыслимо, как проснуться поутру в московской квартире.

Еще в ванной в голове у меня копошились трусливые мысли: сбежать из ненавистного дома спозаранку, лишь только займется заря. Однако рассудок победил. Неприятно сознавать, но Вадим правильно поступил, обозначив свой статус-кво и очертив границы, которые мне не позволено переступать. Влюбиться можно быстро, даже потерять на время голову. Только что потом делать со своей влюбленностью и как промывать мозги, пропитанные любовной патокой? Страдать и мучиться? Вот уж что не по мне! Москва закрутит, затянет в омут с потрохами.

Больше в Абхазию я не вернусь, даже если здесь появятся лучшие в мире горнолыжные трассы. Да и с Вадимом наши пути точно – могу под этим подписаться! – никогда не пересекутся. А Любаве я выскажу все, что о ней думаю, когда вернусь. Вернее, если вернусь.

События сегодняшнего и впрямь сумасшедшего дня вытеснили из головы реально важные проблемы. Насчет паспорта нужно решать немедленно.