Не говори ни слова

Свою широкополую ковбойскую шляпу он надвинул на самые брови, но Лори видела, как поблескивают в тени его внимательные глаза.

Пока она разглядывала его, Дрейк ленивым, плавным движением поднялся, или, лучше сказать, перетек из полулежачего положения в стоячее. Он был в голубых джинсах и джинсовой куртке, но Лори сразу подумала, что Дрейк нисколько не напоминает тех пижонов, которые прогуливаются по Пятой авеню в новеньких ковбойских костюмах, только что купленных в «Саксе». И куртка, и джинсы Дрейка выглядели поношенными, вылинявшими почти до белизны, да и сидели они так, словно это была привычная одежда, а не модный дизайнерский наряд, призванный сделать своего обладателя еще привлекательнее и заодно поведать окружающим о размерах его кошелька.

Тем временем Дрейк сделал еще одно неуловимое движение и приблизился к Лори почти вплотную, в одно мгновение оказавшись в считаных дюймах от нее. Она непроизвольно шагнула назад, судорожно втягивая в грудь воздух. Когда же Лори наконец выдохнула, простыня снова поползла вниз, а поправить ее она не могла, так как руки были заняты тарелками с печеньем и молоком. Поставить же еду на ближайший столик Лори боялась, поскольку в этом случае простыня грозила упасть вовсе.

Дрейк заметил ее затруднительное положение, но помочь не спешил. Напротив, оно его явно забавляло – его усы чуть приподнялись, а на щеках заиграли задорные ямочки. Указательным пальцем он сдвинул со лба шляпу и проговорил, нарочито растягивая слова:

– Даже не знаю, как мне поступить! Если я возьму у вас печенье, вы попытаетесь подтянуть полотенце и, того и гляди, прольете молоко на ковер. Если я возьму молоко, вы просыплете печенье, а оно выглядит, гм-м… весьма аппетитно. – Он шумно потянул носом. – Домашнее?..

С этими словами Дрейк слегка наклонился к тарелке. На Лори повеяло тонким запахом его одеколона… и, честно говоря, он показался Лори куда соблазнительнее, чем аромат печенья.

А Дрейк уже выпрямился, но придвинулся еще ближе.

– …И наконец, я могу снять с вас это дурацкое полотенце и разом решить все наши проблемы! – грубовато сказал он.

Его рука потянулась к ее груди – туда, где еле держался конец махровой простыни, и Лори почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Его палец едва коснулся ее тела чуть выше материи и обжег, как раскаленный уголь.

– А вы знаете, что в этом месте у вас целых пять веснушек?.. – почти прошептал Дрейк. – Это… это необычно. Рыжеволосые женщины обычно сплошь покрыты веснушками, а у вас их только пять… зато они находятся в таком милом, уютном местечке!

Спокойная рассудительность, звучавшая в его голосе, словно загипнотизировала Лори. Теплое дыхание Дрейка, овевавшее ее лицо, казалось живительным, будто кислород, вдыхаемый тяжело больным человеком.