4
0Перепрыгивал через газонные изгороди, не церемонился и сбивал встречных прохожих.
Люди возмущались. Кричали вслед проклятия и грозились милицией. Я бежал аккуратнее, старался никого не сшибить. Тем более, что плечо после удара ныло. Надеюсь, перелома нет.
Мы выскочили на улицу. Впереди автобусная остановка. Желтый лупоглазый ЛиАЗ манил распахнутыми дверями.
Беглец с ходу запрыгнул внутрь. Двери закрылись, и автобус тронулся.
Я подскочил к остановке, когда ЛиАЗ уже набирал скорость. Громко матюгнулся и в бессилии плюхнулся на лавку. Твою мать! Упустил! Шустрый, гад. Плечо горело огнем. Я пошевелил им, морщась от боли. Придется в травмпункт сходить, рентген сделать. Плюнул с досады.
— Молодой человек, — обратилась ко мне сердобольная женщина. — Что вы так переживаете, скоро еще один автобус подойдет.
— Спасибо, — буркнул я. — Пешком пройдусь.
Встал и побрел обратно. Пока дошел возле подъезда уже желтел канарейкой милицейский бобик. Погодин недоуменно что-то спрашивал у прибывших ППС-ников.
— Сотник кражу заявил? — я подошел к ним.
— Ага, — кивнул Федя. — Вот ребята первые приехали, разобраться, пока СОГ собирают.
— А что тут разбираться? Пока ты на лавке задницу плющил, наш сантехник, скорее всего, обчистил товарища Сотника. И благополучно смылся.
— Так это все-таки он был? — воскликнул Погодин. — А почему ты его не догнал?
— Догнал, только он меня ящиком так огрел, что пришлось на бегу в себя приходить. Поэтому и не поспел за ним. Гаденыш в автобус заскочил. Пошли, потерпевшего поспрашиваем.
— Может, группу дождемся? — неуверенно проговорил Погодин.
— Федя! Ты оперативник или слесарь? Пошли, доставай блокнот и ксиву, будешь записывать, а я вопросы задавать.
Мы поднялись на четвертый этаж. Нужная дверь была приоткрыта — хозяева ждали гостей в погонах.
— Тук-тук! — я вошел первым.
В прихожей нас встретил Сотник, его широкое лицо я узнал по доске почета.
— Здравствуйте, мы из милиции, — я кивнул Феде, и тот, словно мой оруженосец, отточенным движением махнул удостоверением.
— Быстро вы! — Сотник смотрел на нас с надеждой. — Представляете! Сантехник, ворюга, утащил украшения жены и деньги. Не помню, сколько там было, рублей триста, наверное. Я в ЖЭК позвонил, а там говорят, что никого к нам не посылали.
— Все правильно, Павел Егорович, это был не сантехник вовсе. Маскарад преступник устроил. Расскажите, как все произошло.
— Я живу пока один, жена в Сочи улетела с сыном. Вернулся с работы домой, смотрел телевизор. Звонок. Я открываю, а там слесарь. Хмурится на меня и так через губу мне предъявляет, что я, видите ли, соседей топлю. Я сказал, что у меня ничего не протекает, и если хочет, пусть сам проверит.
