Напиши обо мне роман

Ты будешь потихоньку к ней двигаться и однажды, возможно, достигнешь, но богатым тебя это не сделает.

— А что сделает? И какая нужна цель?

— Вот тут помогает семья или среда. Когда растешь, не думая о деньгах, вверх тебя толкают мечты о чем-то большем. Деньги — это просто средство достичь цели, причем не единственное. Но! Если цель стоит достаточно высоко, то по пути к ней они появятся сами собой. Так уж устроен мир.

Я заинтересовалась вопросом. Никогда не понимала финансовые тренинги, которые учили меня отказываться от чашки кофе, моей единственной радости за день, чтобы накопить к концу года на новый айфон… и его тоже не купить.

Ежедневная радость важнее. Без нее до далекой можно и не дожить.

Кроме того, меня сильно смущала сама суть экономии. Даже если я вообще перестану есть, пить и платить за квартиру, на «Порше» я так не насобираю.

Я села, вывернувшись из-под руки Романа и заглянула ему в лицо:

— То есть, если я поставлю целью не деньги, а, например, чтобы по моей книге сняли всемирно известный фильм, я по пути обязательно разбогатею?

—  Скромная цель… — усмехнулся Роман. — Слишком скромная.

Но смотри — если ты представишь всю цепочку событий до нее, ты не сможешь этого избежать, — он взял мою руку в свои и начал загибать мои пальцы: — Сначала написать достойную книгу. Раз. У нее будут поклонники, которые выведут ее в топы. Два. Потом перевести на английский. Три. Добиться, чтобы и на мировом рынке она стала популярной. Четыре. И тогда к тебе придут те, у кого есть возможность снять хороший фильм. Пять. Как думаешь, может остаться бедным автор мирового бестселлера?

Я аккуратно высвободила руку и нахмурилась.

Все сходилось.

Кажется, мне нужно пересмотреть мою финансовую политику. Прям серьезно пересмотреть.

— Ты слишком умный… — проворчала, чувствуя, как кубики в голове перестраиваются в другом порядке.

Эй, а как же дедовские заветы: больше работай — больше заработаешь?

— Это плохо? — с усмешкой спросил Роман.

Он наконец обнаружил угольные росчерки на манжетах когда-то белой рубашки и теперь недовольно их рассматривал. Расстегнул запонки, спрятал в карман и закатал рукава до локтя, обнажив загорелые руки. С ворохом фенечек на запястье, которые снова меня заинтриговали.

Или все-таки руки привлекли чуточку больше? Вот эти натянутые жилы на предплечьях, от которых у меня слюна капает…

— Это… некомфортно, — с трудом вспомнила я заданный вопрос.

— Твои другие мужчины были глупее меня? — коварно сощурился он.

Я неопределенно пожала плечами, увы, зная ответ.

Конечно, мои мужчины были глупее него.

— Что, даже глупее тебя? — догадался он. Насмешка в словах звенела так неприкрыто, что я даже отвлеклась от своего фетиша — его зеленых глаз.