8
0— Идиот! Я не вижу здесь и следа магии!
— Но амулет показал…
— Амулет показал! Но он бессилен в руках немочей! Вы называете себя грозой лесов, самыми ловкими и удачливыми разбойниками окрестностей, а не смогли удержать взаперти каких-то мальчишек! В пещере пусто! Я не вижу печати Бюро!
— Они не могли сбежать, — Гроб попятился, в голосе его слышался ужас. — Самолично стерег!
— Не могли?! Но сбежали.
Вампир стал оглядываться по сторонам. Я поспешно вжался в землю и зажмурился, будто последнее могло помочь скрыться от волшебной пелены, сквозь которую Дракула сейчас сканировал местность. Если вампир увидит печать, мне конец.
Молчание затянулось. Казалось, вампир почуял меня и теперь неторопливо, но бесшумно, подкрадывается ко мне. Вот-вот его когтистая рука ляжет на мое плечо…
— Подойди ко мне, человек, — произнес вампир.
Голос нежити звал, манил, интонации чем-то напоминали голос одного из разбойников, когда он просил нас с Анарансельмом откликнуться. Только этот ваша—мама—пришла—молочка—принесла—голос не казался смешным, он подчинял, завораживал, не оставлял и малейшего шанса для непослушания.
Я поставил локти на уровень груди, чтобы подняться, но в этот момент услышал всхлип. Будто кто-то рядом ел сочный арбуз, истекающий соком.
Этот звук отрезвил меня, и вместо того, чтобы подняться, я выглянул из кустов.
Вампир стоял, обняв Гроба, словно лучшего друга, и пил его кровь. Разбойник не шевелился, А через некоторое время стал заваливаться на бок. Дракула отпрянул, и мужчина кулем свалился в траву, лицо его казалось бледнее лунного света, бледнее молока, бледнее лица самого вампира.
Дракула пнул разбойника, взмахнул руками, словно крыльями, и подпрыгнул. В прыжке он трансформировался в большую, с корову, летучую мышь, и скрылся в лесу.
Черт! Вот это в планы Энис и Дэниса точно не входило.
Я некоторое время полежал в кустах, а потом выполз из укрытия. Гроб не шевелился. Я подошел ближе и понял, что ему уже никто не поможет. Урок воровства отменяется, начинается урок "обшарь труп и возьми то, что нужно".
Амулет, полученный бородатым от вампира, висел на его шее. Даже удивительно, что Дракула не забрал его с собой. Может, забыл, может, не счел нужным, а еще вероятнее, цепочка, на которой висела «линза», сделана из серебра, а серебро, как известно, вампиры не любят.
Я снял амулет и направил его на солнце.
— Игре конец, — произнес я. — Энис, Дэнис, выходите.
Луч света тут же поймал холодное голубое сияние моей печати, пробежал по кустам, между упавшими деревьями, по камню, закрывающему вход в пещеру, по траве… вампиров не было. Вокруг меня на расстоянии уж не знаю каком не было ни следов магии, ни ее носителей.
Вариантов, почему я стоял в лесу в одиночестве, не считая покойника, было два.
