В тот момент, когда шлем сидящий на моей голове, сам по себе повернулся, я понял что именно.
Как выяснилось некоторое время спустя (сразу после того, как я смирился со своей беспомощностью), доспех оказался довольно любопытным малым.
Он, точь в точь, как я с любопытством осматривал окрестности. Иногда останавливался если находилось что-то интересное. В общем, всячески наслаждался прогулкой. Хотя иногда у него в мозгу что-то сбоило и он застывал на месте словно истукан.
Я уже взял себя в руки, поэтому всерьёз задумался над планом побега из своей шагающей тюрьмы.
Попытки противостоять движениям лат, как показали мои судорожные трепыхания поначалу, ни к чему не приведут.
Нужно было что-то другое. И тут мне помог случай...
Во время очередного сбоя программы, я заметил, что хватка доспеха несколько ослабела. Не то чтобы очень сильно. Обычный человек бы даже разницы не заметил, но я то не обычный. Моих сил как раз должно хватить, чтобы воспользоваться слабостью брони.
Только я хотел воплотить в жизнь свой новоиспечённый план, как доспех вновь ожил.
Следующая возможность представилась всего через несколько минут. Я тут же начал действовать.
Первым делом сорвал с головы шлем. Не останавливаясь принялся за правую рукавицу. Как назло она никак не хотела поддаваться. Но русский мат, как известно двигает горы, поэтому мне всё-таки удалось сдёрнуть надоедливую перчатку. На том мои успехи и закончились. Броня опять очнулась.
На автомате продолжив начатое перед отключением движение, она, вдруг резко дёрнувшись, остановилась.
После пары особенно резких рывков, по несильному хрусту в области плеча, я понял, что для меня они не прошли безнаказанно. Впрочем это было неважно.
Кое-как поймав очерёдное судорожное движение доспеха, мне удалось свободной рукой на пару сантиметров стянуть перчатку с другой конечности.
Так как кисть теперь была в перчатке лишь наполовину, очередное её судорожное движение закончилось для моих пальцев плачевно. Сразу в нескольких местах.
После этого, дело неожиданно пошло куда веселее и всего через пару мгновений, мне удалось окончательно освободить вторую руку. Теперь при каждом движении доспеха мои руки свободно болтались в воздухе.










