0
0Видела, что в Эрмитаже творится?
– Не то слово. Слушай, тут мне Ира напоминает, что мы забыли поблагодарить вас за приглашение.
– Да брось ты, ерунда какая.
– Не скажи. Правда спасибо, все очень круто было.
– На здоровье. Вань, я, собственно, что звоню… У меня к тебе просьба.
– Понимаешь, сегодня вечером на Невском я случайно обнаружила за собой ноги. Наши ноги.
– Абсолютно. Меня таскал 6-й отдел. Причем, возможно, не только меня, но и Игоря. Отсюда хотела попросить тебя по возможности выяснить: кто является инициатором и в связи с чем выписано задание. Ну и, может, какие-то подробности? Я так думаю, что это, скорее всего, плановая тема ОСБ, но мало ли что…
– Блин, Полина, – голос Лямки сделался серьезен, – могла бы с такими вещами хотя бы на мобилу звонить, а не по-домашнему.
– Ой, просто у меня под рукой твоего сотового не было. Я чисто автоматически…
– Вы как сговорились сегодня, честное слово!
– Да сегодня днем Козырев тоже обращался.
– А у Пашки что за проблемы?
– Да неважно. Просто вы почему-то думаете, что я там у себя заведую справочным бюро и могу спокойненько залезать в оперативную базу и раздавать секретные справки.
– Вань, согласись, что до сих пор я ни разу ни о чем подобном тебя не просила. – Тон Полины стал не менее серьезен. – И, как мне кажется, сейчас я сделала большую ошибку, решив обратиться за помощью к тебе.
– Да ты не сердись. Просто… Вот ты говоришь: возможно, плановая проверка. Но у тебя такая плановая – максимум раз в два-три года. А наш отдел проверяют каждые два-три месяца. И гораздо серьезнее, чем «бывших». Чувствуешь разницу?
– Чувствую. Еще раз извини, что своим звонком я невольно поставила под угрозу твою карьеру.
– Полин, ты опять меня не поняла.
– Ваня, я очень хорошо тебя поняла. Короче, ты поможешь?… Да или нет? Только говори честно, обещаю, что не обижусь.
– Ну, я… я… – Лямка замялся, но потом все-таки выдавил из себя недовольное: – Я постараюсь.
– Спасибо. Если получится что-то узнать, мой мобильный ты знаешь. А нет – так нет. Сама звонить тебе по этому вопросу больше не буду. Все, еще раз извини, что потревожила. Поцелуй от меня Ирочку и Сашку. Спокойной ночи.
«Вот тебе и дружок-закадыка, – подумала Ольховская, положив трубку.
Полина прошла на кухню, накапала себе полсотни капель коньяку для крепкого сна. Маханула, завелась и ударилась в воспоминания: «А вот интересно: неужели и Козырев столь же неприятно изменился? Вряд ли. Пашка от штабов как был, так и остался далек. Да и молодой жены у него вроде как всё еще нет… А ведь могла быть.
