Линия времени

Мы очень хорошо посидели, общались о детстве ребят и обо всём и ни о чём одновременно. Но мне было так хорошо от этого общения и ощущения семьи, что даже не хотелось уходить. В конце вечера вспомнила про косу. Мать ребят, услышав, что хочу обрезать, попросила показать сокровище.

— Ох, ничего себе! — сказала она. — Ты никогда не обрезала? Уверена, что нужно?

— Мне тяжело с ней. Она хоть и тонкая, но тянет и уже очень некомфортно.

— Хм, я сама обрежу и сразу сожгу по всем правилам. Не стоит такое в салон нести. Неизвестно, чем закончится.

Мне перехватили волосы резинкой в том месте, где мужья одобрили, и чуть ниже обрезали.

— Фух, сразу голове легче.

— В этой косе первые лет семь твоей жизни, — сказала свекровь, смотря на косу. — Даже по волосам вижу, было очень непросто. Ты жила в тёмном районе? — я кивнула.

Мать ребят распустила начало косы и внимательней её осмотрела. Меня насторожило то, как она морщилась.

— Лин, распусти волосы, хочу кое-что проверить.

— Мама, что ты увидела? — насторожился Анхель.

— Пожелание смерти, причём которое было сразу после её рождения. Но у малышки от рождения была какая-то защита. Хочу понять, до сих пор проклятие тянется или уже сошло на нет.

Оказалось, что оно обрывается чуть ниже лопаток.

— По годам, окончание школы. Что тогда произошло?

— Я отца нашла и встретилась с ним.

— Хм. Мне жаль, мальчики, но волосы придётся ещё укоротить. Лучше остатки проклятия срезать.

Мужья выглядели расстроенными, но разрешили матери меня постричь. А мне потом показали те волоски, на которых свекровь увидела проклятие. По отдельности так и не понятно, а если собрать вместе, видно, что они выбиваются по цвету и текстуре. Они маслянисто-чёрного цвета и очень жёсткие.

— И не нужно так страдать, — сказала женщина сыновьям, показав, что у неё волосы ещё короче моих.

— Да, ваша мать лечила мой пунктик на волосах тем, что постриглась под мальчика, будучи вами беременной. Я чуть в обморок не грохнулся, когда она при мне машинкой обрила себя почти налысо.

— Психанула, — объяснила она детям. — А то было не понятно, кого он любит: меня или мои волосы. Вот теперь всё лишнее срезали. Как голова?

— Хорошо, — сказала с наслаждением, — так легко. Словно груз тяжёлый сбросила.

— Так оно и есть, родная, так оно и есть, — сказала она ласково.

Волосы она сложила в тазик и, взмахнув рукой, сожгла. Противного запаха не было, а маленькая горсть пепла была высыпана в большой цветок и перемешана с землёй.

— Советую через год ещё часть волос обрезать. И так, пока всё, что тебя тяготит, не уйдёт. Ты поймёшь, когда всё срезала. Просто сейчас это для тебя слишком кардинально будет. И стричься приходи ко мне. Договорились?

После этого поехали домой. Я в первый раз в жизни сделала себе хвост и игла с волосами.