Кукла моего отца (СИ)

Гугл содержал в себе множество статей, которые поведали нам с хозяином магазинчика, что перед нами один из самых богатых людей Нью-Йорка. А значит, и мира.

– Теа, – обратился ко мне мой работодатель в тот момент, когда я разливала по чашкам кофе, давясь слюной в ожидании очередного кулинарного шедевра супруги мистера Брендстона, – может, тебе стоит взять отпуск?

Я недоуменно смотрю на мужчину, который выглядит расстроенным и напряжённым.

– Что случилось? У вас финансовые проблемы? Я могу поработать и бесплатно!

Заглядываю в глаза мистера Брендстона, пытаясь понять, что кроется за этим предложением.

Он хмурит свои седые кустистые, словно у старой совы, брови.

Я всегда ему доверяла, испытывая с ним то чувство, которое давно уже не появлялось рядом с отцом, – спокойствия и уверенности. У меня никогда не было сомнений в его отеческом ко мне отношении, а потому и я относилась к нему и его супруге как к родителям. Их дети давно выросли и мало уделяли им внимания. А мне порой так не доставало заботы и участия, что я черпала их в чужой семье.

– Нет-нет, не переживай, девочка. Не хватало тебе ещё о таких вещах думать, – отмахивается он, – мне не нравится то внимание, которое тебе уделяет эта старая гиена Сандерс.

А теперь мне приходится хмурить брови. Никогда не доводилось слышать подобный уничижительный тон из его уст. Мистер Брендстон произнёс всего пару слов, но он вложил в них столько ненависти и презрения, что мне стало не по себе.

– Зато он постоянно что-то покупает, когда приезжает, – улыбаясь, пытаюсь снять повисшее напряжение. Только это совсем не помогает. Наоборот.

Мой собеседник смотрит на меня как на маленького несмышлёного ребёнка, и я осознаю, что упускаю из виду что-то очень важное.

Но вот, что именно, понять не могу.

– Ах, Теа, ты даже не представляешь, насколько может быть опасным для тебя этот человек. Деньги и власть развращают, а их у него сполна, и он хочет получить тебя.

Давний друг отца произносит всё это с покрасневшим от гнева лицом. Я вижу, что его руки, держащие кофейную чашку, подрагивают, но даже не понимаю, какое напряжение он испытывает в данный момент.

Во мне борются рвущийся наружу смех от нелепости подобного предположения и смущение. Ну что за ерунда!? Ведь мистер Сандерс для меня настоящий старик! Его попытки флирта кажутся мне убогими и нелепыми.

Его взгляды мне противны. Неужели он верит, что я способна разглядеть в нём мужчину?

– Остерегайся его, девочка, а лучше пока на работу не приходи.

Если первому совету я могла последовать, то второму – никак. Хотя по доброте душевной мне и был предложен оплачиваемый отпуск, но всё же я им не воспользовалась. В силу юношеского максимализма я не сомневалась в своей способности справиться с любой неурядицей.