Кукла моего отца (СИ)

Она лежала в грязи, прижатая грузным телом какого-то урода, а рядом стояло ещё несколько человек. Ожидавших своей очереди? Я не мог понять, успел ли я вовремя или уже почти опоздал. Единственное чувство, которое я испытывал в этот момент, – это желание убивать.

Направленное в преступников дуло пистолета отрезвило их и лишило желания продолжать начатое.

– Эй, мужик, не переживай, мы с тобой поделимся, – щербато улыбнулся один из уродов, стоявших вокруг неё.

Не отдавая себе отчёта, я выстрелил в ногу говорящему, и все остальные тут же стали куда серьёзнее воспринимать мои слова.

 – Пошли вон, или каждый получит пулю между ног. – Ещё не знаю как, но я найду их всех потом. Позднее.

Мужик нехотя поднял грузное тело с Теа и вместе с другими пятясь убрал свой жирный зад с моего пути.

Пока они удирали, я смотрел, как девушка лежит и не шевелится. Подбежал к ней, опустившись рядом. Она перевернулась на бок, спиной ко мне. Прямо там, на земле, подобрав колени к груди. Не плакала. Молчала. И это больше всего прочего напугало меня.

– Теа, – осторожно положил руку на её плечо, не имея понятия, как ей сейчас помочь. Есть ли у неё травмы, произошло ли изнасилование.

Она казалась хрупкой, маленькой в этой прилипшей к телу испачканной одежде. Я вдруг сообразил, что её джинсы на месте, а порвана лишь рубашка на груди. Некогда белый бюстгальтер посерел от грязных прикосновений.

Теа не давала разрешения к себе прикасаться, но мне необходимо было утешить её. Успокоить её. Чтобы прийти в себя самому. Не нагнать тех ублюдков, что обидели её. Потому что сейчас кажется, что только их смерть сможет меня утихомирить.

Я взял её на руки, прижав к себе, поглаживая по волосам и спине, ожидая какого-то отклика.

– Всё хорошо, малышка, – тихо нашёптывал ей.

Она оттаяла только через пару минут, обняв меня крепко за шею. Вжалась всем своим худеньким телом в меня, и что-то окончательно надломилось во мне.

– Не уходи, пожалуйста. Не отпускай, мне страшно, – слышу её голосок и ощущаю, как все мои преграды, возведённые перед ней, падают. Рушатся прямо к её ногам.

Она дрожала, как выброшенный в дождь на улицу котёнок.

– Не отпущу, малышка, – шепчу ей в волосы. – Но надо в больницу.

– Нет! Не хочу в больницу. И в особняк не хочу.

Она просит порывисто, возбуждённо от пережитого шока, но у меня возникает ощущение, что случившееся здесь немногим хуже того, что она переживала там.

Чтобы добраться до моей квартиры в Нижнем Манхэттене, пришлось изрядно потрудиться и облегчить карманы. Спустя два бесконечно долгих часа мы оказались в моём жилище.

У меня возникло странное чувство, когда я переносил Теа через порог своего дома на руках. Точно невесту в день бракосочетания.

Мне казалось, что она уснула.