Командарм

А так я сидел в кабине бронетранспортёра за сантиметровой бронёй и плевать хотел на осколки, которые иногда всё-таки тюкали по железным бортам «ханомага», когда мы въехали в огненный коридор, который для нас создали орудия артдивизиона. Ещё до этого я попробовал связаться по рации бронетранспортёра с бронепоездом, но, как и ожидалось, радиоэфир был плотно забит помехами. А совсем привёл себя в боевой настрой, когда недалеко от позиций фашистов двигающееся в нашей колонне штурмовое орудие начало долбить по дому, о котором я говорил с подполковником Ломакиным.

Инстинктивно взглянув на свой хронометр, я облегчённо вздохнул – с нашего разговора с подполковником прошёл уже час пять минут. А мы договаривались с командиром полка, что он уберёт своих людей подальше от дома ровно через час. А в этом доме сейчас, наверное, творился сущий ад, всё-таки 75-мм пушка нашего трофея предназначалась для уничтожения дзотов и других укреплённых целей, а тут всего лишь жилой дом. К тому же по дому начали вести огонь и пулемёты «ханомагов», и как итог этого буйства, халупа начала дымить, а вскоре появился живой огонь. Штурмовое орудие, сделав последний выстрел, тронулось с места и заняло, как я и приказывал, головное положение в нашей колонне.

Остановилось для стрельбы это трофейное штурмовое орудие по простой причине – экипаж старшего сержанта Новикова был совершенно неопытен, и наводчик вполне мог не попасть в дом во время движения. Да и когда ребята могли приобрести опыт работы на штурмовом орудии (среди бойцов из-за короткого ствола пушки прижилось ироничное название «окурок»), если в строй бронедивизиона этот самый «окурок» встал только позавчера. История его появления была довольно интересная. И напрямую была связана с дядей Ваней, гражданским человеком, бывшим работником Гушосдора. Его порекомендовал мне Лыков, как отличного механика, когда я по просьбе зампотеха ПТАБр искал грамотного специалиста по ремонту наших тракторов и артиллерийских тягачей. Уже шла война, и условий для ремонта такой техники не было. Но с приходом дяди Вани (именно так бойцы бригады начали звать этого довольно пожилого добровольца) техника, казалось бы мёртвая, начала оживать. Золотые руки были у мужика, но, кроме ремонта техники, он ещё прекрасно мог ею управлять. Вот какого золотого кадра мне удалось получить в бригаду.

По причине своего умения управлять артиллерийским тягачом «Комсомолец» дядя Ваня оказался в штабной батарее ПТАБр, которая была переброшена в район Сокулок. Иван Петрович отремонтировал этот тягач и ему же пришлось им управлять. С позиций штабной батареи я его отозвал. Хотя он уже вытребовал себе трёхлинейку и начал вместе с красноармейцами рыть окопы.