Кайкен

На этом этапе операции нагота врага была чрезвычайно важна.

— Что ты со мной сделал?

Леви обнаружил введенный в его левую руку катетер.

— Что ты со мной сделал, урод?

Он медленно приблизился к полицейскому и кивком указал на электрический насос шприца, установленный на верстаке в глубине бокса. Леви не мог его разглядеть, но мотор жужжал, как в фильтре аквариума.

— Соляной раствор! — крикнул он, заглушая шум приборов. — Чтобы ты очухался!

— Доктором себя возомнил?

— Я полжизни провел в больницах. Так что врач из меня не хуже, чем адвокат из заключенного или психиатр из психа. Настоящая профессиональная деформация.

Поведение Леви изменилось, словно он осознал безумие собеседника.

— Хватит трахать мне мозг, педик, — усмехнулся он.

— Мы не настолько близки.

Гийар подошел к верстаку, открыл медицинский чемоданчик с маленьким автоклавом внутри. Он снова надел нитриловые перчатки — других не переносил, на латекс у него была аллергия. Поднял стальную крышку, выпустив облачко пара. Вытащил шприц, затем вынул из кармашка чемоданчика флакон в пластиковой упаковке и проткнул иглой резиновую пробку.

Полицейский вздрагивал от каждого звука — ему ничего не было видно.

— Чего… Что это ты делаешь?

— Что ты хочешь со мной сделать, урод? — заорал Леви.

Шкура у полицейских толстая. Осталось узнать насколько. Он встал перед пленником, наполняя шприц. Леви извивался, как змея, угодившая в ловушку, и отрицательно мотал головой.

Он спокойно выдавил из шприца несколько капель, выжимая пузырьки.

— Я спец по уколам, — пояснил он громко. — Приходится регулярно вводить себе тестостерон.

Леви всхлипывал. И тогда Гийар перешел на «ты». В этом пекле страха и ненависти уже можно было говорить о близости.

— Где перчатки, Леви? Не заставляй меня играть в нациста.

— Да пошел ты! — заорал полицейский.

Он взял ватку и антисептик. Протер сгиб локтя пленника.

— Я забочусь о твоем же будущем.

Он склонился над ним, вдыхая кислый запах пота. Препарат уже начал действовать.

— Это камфара, — шепнул он ему на ухо. — Боль быстро распространится по твоим венам. Ты еще не стар, так что, считай, тебе не повезло. Боль подобна раку — она питается силой своей жертвы.

— Менгеле и его подручные вводили камфару заключенным.

Он вогнал иглу в локтевой сгиб.

— Ты еще можешь спастись, Леви. Твоим братьям в Освенциме повезло меньше. Вспомни о них! Ради них ты обязан уцелеть!

Он надавил на поршень.

— Они в банковской ячейке.

— «Эйч-эс-би-си». Авеню Жана Жореса, сорок семь, в Девятнадцатом округе.

— Двенадцать-В — триста сорок пять.

— Это твой обычный банк?

— Я был там всего один раз, чтобы арендовать ячейку.

— Вчера вечером, когда забрал перчатки.

Он взвесил свои шансы. Внешне они с Леви похожи.