Кайкен

Перед глазами замелькали сцены его собственного проклятия, но в смягченном, почти безболезненном виде. Годы отрочества, проведенные в больницах. Анализы крови и мочи. Бесконечные инъекции тестостерона. Отрава превращала его в силача и безумца, в самца и божество… Гормоны изнасиловали его организм и постепенно заменили кровь.

С самого начала врачи предостерегали: во что бы то ни стало надо соблюдать дозировки. В тренажерных залах некоторые злоупотребляли андрогенами; кто-то от этого умер, другие превратились в импотентов.

И что с того? Он мертвец и импотент от рождения.

Он соскользнул на пол, чувствуя приход второй волны. После тепла нахлынула сила, вдруг захотелось поднимать гантели, бить морды.

В перерыве между двумя приходами он открыл холодную воду в душе и, не раздеваясь, опустился на корточки под струей.

Так он и сидел под душем, ожидая, когда ледяной поток уймет его жар. Толчками утекали нескончаемые минуты. Наконец он разделся, не выходя из-под душа. И по сей день, когда он снимал одежду, ему чудилось, что он срывает с себя бинты. Вытерся, взял из шкафа белый махровый халат, набросил его и вернулся в кабинет.

Опустил шторы, включил горелку, зажег палочки благовоний, которые, как ему показалось, мгновенно очистили воздух. Дым поглощал злокачественные клетки, которые здесь витали, агрессивные молекулы, пытавшиеся расколоть его, разодрать, чтобы превратить в мужчину или в женщину, нарушив его целостность, его интимность…

Он снова сел за стол, двигаясь нарочито медленно. Ему хотелось быть Провидцем собственной судьбы, служителем своего культа. Он открыл папку и перелистал кипу ксерокопий. Вот оно…

Ему пришлось дождаться совершеннолетия, чтобы получить доступ к своей медицинской карте. Это был шок, но шок спасительный.

Точность научных терминов обернулась для него благом. Ему, выросшему в неуверенности, нравились названия, словно вышедшие прямиком из специальной энциклопедии. Они стали для него латами, панцирем, дали ему основу, идентичность. Его регалии.

Он закрыл папку и перешел к другим бумагам: полицейские протоколы, вырезки из газет… Продолжение лежало не в области медицины, а относилось к хронике происшествий.

1988-й. В маленьком баре в Сен-Жели-дю-Фес, неподалеку от Монпелье, пьяница обозвал его то ли «педиком», то ли «гомиком», точно он уже и не помнит. Он бросился на обидчика и расколол бутылку о его рожу. Его сумели оттащить, только когда он разбитой бутылкой пытался выколоть тому второй глаз.

В психиатрической больнице Коломбьер в Монпелье он усвоил несколько истин. Первая — ему пора притормозить с инъекциями стероидов. Вторая — его мутация не была полной. Он выбрил голову, вылепил свое тело, изменил голос.