0
0Облегчение, решил он, и слишком долгий срок пребывания на стимулянтах, чтобы оставаться бодрствующим.
— Что ты хочешь сказать? Если дабиане не изменили нашу скорость, тогда как же мы оказались за ядром кометы?
— Дабиане полностью были заняты собственными маневрами, — последовал ответ. — Есть свидетельства, что комета изменила свое положение, чтобы переместить нас в свою тень. Дабианам пришлось притормозить, а не ускоряться, чтобы приспособиться к новому положению кометы.
— Ты хочешь сказать, что дабиане сдвинули комету?!
— Да нет же, Чепмен. Никаких свидетельств в пользу такой гипотезы.
— Но комета изменила свое положение.
— Но это невозможно, — решительно заявил он.
— Всякое случается, — чуть раздраженно возразил компьютер.
Чепмен подумал еще раз, подумал еще… У него расширились глаза. Затем он пробежал через весь корабль, пока не нашел его нынешнего командира, лидера колонии Отасу, который беседовал с несколькими другими официальными лицами колонии в переполненной кабине пилота. Он с удивлением посмотрел на появление озабоченного Чепмена.
Чепмен сразу же подошел к обзорному экрану. Он показывал только испещренное звездами небо и чуть более яркое пятно отдаленного солнца Абраксиса.
— Мы должны возвращаться назад, сэр.
— Возвращаться? Но мы не можем вернуться, Чепмен, вы же это знаете. — Бедняга, подумал он, этот анабиоз и стимулянты вызывают у людей странные симптомы.
— Наше солнце вступило в цикл активных выбросов. Мы все сгорим.
«Ищи в другом месте», сказал дабианин перед тем, как окончательно замолчал. — В другом, другом… где еще я мог искать? Комета сама изменила положение…
— Пятнадцать часов, — пробормотал он, глядя на экран, — пятнадцать часов…
— Пятнадцать часов для чего? — поинтересовался мэр колонии, пытаясь по-доброму взбодрить аварийного пилота.
Чепмен не отрывался от экрана.
— У меня было пятнадцать часов перед вспышкой. Я использовал их для наблюдения за дабианами и делал заметки, — тупо проговорил он.
— И очень ценные наблюдения, как мне говорили, — признал Отасу, пытаясь вселить в Чепмена уверенность и выказать свое одобрение.
— Но вы не понимаете! — Чепмен еще интенсивнее уставился на экран.
Комета была где-то там, далеко позади, двигаясь по своему предначертанному для комет пути.
— Я потратил пятнадцать часов, — пробормотал потрясенный Чепмен, — изучая не того чужака…
А что выберут простые люди?
Когда-то здесь был бокс, который содержал в себе тысячу миров, до которых никому не было дела.
Этот конкретный мир на дисплее в каком-то боксе был более знаком благодаря долгому использованию. Ряд людей, одетых в синие мундиры, защищали груду бревен, известную всем, как «форт».
