0
0Старший из двух попрошаек решил возразить:
— Что-то я здесь ничего не вижу, дядя. Как насчет золота, которое ты нам обещал?
— Тебе не хочется для начала познакомиться с пришельцами?
К самой кромке воды подошел его младший брат, который более доверчивым голосом спросил:
Уилл запрокинул голову и стал смотреть в темное, затянутое облаками небо.
— Они прилетят. Потом будет и золото. — Он перевел взгляд на старшего брата, у которого было такое выражение лица, как будто он чувствовал, что весь мир объединился против него в тот самый день, когда он появился на свет. — Что бы тебе не помочь мне снять багаж?
— Слушай, дядя, снимай-ка ты свой багаж сам, понял? У нас с братом своих шмоток достаточно.
С этими словами он перекинул через борт автофургона объемистый сверток, перетянутый для верности бечевкой.
Уиллу вызвались помочь Кен Вудс и угрюмый, молчаливый рыбак, чье тело, казалось, состояло исключительно из одних мускулов, которые жгутами тянулись по параллельным и пересекающимся линиям.
Когда весь багаж выгрузили, Уилл снова глянул на свои часы. Ситуация получит интересное развитие, если посыльное судно вдруг по какой-то причине не прилетит. Ему вовсе не улыбалась перспектива провести ночь посреди затхлых болот, выслушивая ежеминутно горячие упреки и, возможно, оскорбления со всех сторон и опасливо оглядываясь в сторону шоссе.
Время шло, и недовольные голоса стали раздаваться все чаще и чаще. Он понимал, что не сможет удержать их здесь больше часа. Скоро ему придется раздать свое золото и предоставить автофургон в распоряжение этих людей, чтобы они могли добраться на нем до города. Сам же Уилл останется на месте и скажет опоздавшим пришельцам о том, что его миссия потерпела неудачу, о чем он, собственно, предупреждал их заранее.
Вдруг, без всякого предупреждения, свершилось!
В небе над болотом завис массивный черный силуэт, который медленно снижался к ним… Звук был какой-то непонятный, походил на сказочную колыбельную, которую леший поет своему дитяти. Утробный металлический контрапункт к охам и ахам, которые стали раздаваться вокруг композитора.
Профессор-эмигрант как-то неловко споткнулся на ровном месте и потерял с головы свою панамку. Старуха из Белиз-сити неистово перекрестилась. Бормотание растафарийца резко поменяло тембр, стало выше, пронзительнее. Сам наркоман, распялив рот и округлив глаза, смотрел на медленно снижающийся НЛО. Черный рыбак стоял неподалеку и молча смотрел вверх. Казалось, он дал обет молчания, который не могло нарушить ничто, даже конец света.
Внезапно протрезвевший английский педагог, шатаясь, приблизился к Уиллу.
