0
0— Пока что я, — вернее, я и мои коллеги, — сужу, имея на руках данные обследования единичной особи открытой нами расы. Да, мы столкнулись со множеством противоречий. Как физического, так и духовного плана. А противоречия ведут, как известно, к непредсказуемости. Это слово нервирует гивистамов больше других. Он заявляет, что ненавидит войну и просто занимается созданием музыки, намекая нам на то, что противопоставляет эти два понятия: войну и музыку. Но ведь его музыка — это нечто… Словом, трудно себе представить что-нибудь более воинственное.
— Интересно, — вслух подумал заместитель командира.
— А что бы он сказал о нашей музыке?
— Любопытная мысль, — ответил медик, водворяя протертые очки обратно на глаза. — Я бы не отказался провести подобный эксперимент, хотя боюсь, он ничего не прояснит.
— Но надо же как-то продвигаться дальше в наших исследованиях, — возразил с’ван. — Надо пробовать новые способы.
Гивистам устало кивнул в знак согласия.
Уилл заявил, что большинство вещей, которые ему были проиграны и которые он со вниманием выслушал, ему показались весьма милыми и красивыми. Словом, понравилось. Когда музыкальное устройство, принесенное пришельцами в кабину катамарана, издало последние аккорды и умолкло, Уилл откинулся на спинку дивана, улыбнулся и стал довольно оглядывать своих гостей.
— Чудесно, однако… В отношении ритма слишком уж все просто, чтобы не сказать другого слова.
— Оценка, которая дается искусству, всегда субъективна, — ответил Т’вар. Он не тратил времени на дипломатию, добавив: — Ваши произведения нам показались откровенно грубыми.
— Это еще что! По сравнению с тем, что выделывают некоторые так называемые популярные группы, моя музыка — тихий шелест лесного ручейка! Вы бы послушали «Кадмий»! Лично я признаю, что мне нравится сильный ритм и отчетливая дробь ударных, но я не допускаю диссонанса в отличие от других. Что же касается вашей музыки, то она чем-то напоминает мне народную музыку болгаров, их песни… Конечно, вам это ничего не говорит. Кстати, зачем вы решили проиграть мне это?
— Вы музыкант, — сказала вейс. — Нам показалось, что вы проявите интерес.
— И проявил! Клянусь, проявил! — Он снова откинулся назад, заложив руки за голову. — Поставьте-ка мне, пожалуйста, ту первую часть… Напоминает звон электрических колокольчиков.
На борту челнока Кальдак созвал оперативное совещание представителей научных отделов, которые входили в группу контакта. Присутствовали также Т’вар и вейс.
— Время идет. Нам необходимо принять важное решение. Решение жизненной важности. Я должен наконец узнать, являются ли местные жители нашими потенциальными союзниками, и если являются — в какой степени? Стоит ли их готовить к боям и сражениям.
