Я тебя получу

Сердце колотится как отбойный молоток, с того дня, как он пробрался в мою комнату через окно я больше ни разу его не видела и не слышала.

Как он? Где? Целая неделя тишины. Бесконечно длинные семь дней…

Я слушаю гудки, жду, когда он ответит… а потом замечаю на стоянке его развалюху. Сбрасываю вызов, игнорируя приветствия Валеры неверными пальцами набираю код на воротах и вырвавшейся из силков птицей лечу к нему.

Распахнув дверь, падаю в душный салон, с разбега ныряя в небеса его ненормальных глаз.

— Ну наконец-то! Я уже всерьез собирался…

— Заткнись! — обхватываю ладонями его щеки и целую обветренные губы.

И этот поцелуй… Это не просто поцелуй — это глоток живительного кислорода для уходящего на дно утопающего.

Как же сильно я по нему скучала!

Он ничего больше не спрашивает — совершив жадную прогулку руками под моей широкой футболкой нехотя прерывает поцелуй и заводит мотор. Я не допытываюсь, куда он меня везет, ведь после долгой разлуки это может быть только одно место на карте…

— Куда ты пропала так надолго? — он нависает надо мной, упираясь руками в подушку по обе стороны от моей головы. Его болтающийся у моего лица кулон в виде какого-то уродского жука щекочет подбородок.

— Я же тебе говорила — произошло недоразумение. Мой отец… короче, постарался. Свой хлеб он точно ест не зря, дару убеждения можно только позавидовать.

— Я знал, что без него не обошлось, — падает рядом, и я, подсунув под голову согнутую в локте руку, поворачиваюсь на бок. Беззастенчиво рассматриваю его покоцанную грудь. Столько мелких шрамов, боже. Вот уж действительно уличный котяра. Из тех, кто бродит ночами с ободранными в неравном бою ушами и будит своим грозным «мяу» всю округу.

— Я тоже злая на него, но где-то я его понимаю. Я его единственная дочь, а ты, мягко говоря, не похож на зятя, о котором все мечтают, — очерчиваю пальцем белесые полоски.

— Я примерно представляю, что он тебе обо мне рассказал. Но я не трогал ту девчонку.

— Я знаю. Но в прошлом тебя задерживали за воровство.

— Да, по малолетке было дело, приходилось. Но я не «общипывал» чужие карманы, никого не грабил. Так, жрачка из супермаркета, сигареты. Мне тогда было тринадцать и мы с Андрюхой реально порой голодали. Читала же, за что меня задержали? Я стащил тушку замороженной курицы.

Эта скотина выпала из-за пазухи возле кассы и здорово отбила мне ноги.

Я хохочу, уткнувшись носом в его шею.

— Серьезно отбила! В ней было килограмма три, не меньше! Надо было тушенку по карманам распихать.

— Прекрати! — давлюсь.

Он тоже поворачивается на бок — зеркалит мою позу и смотрит в глаза так, что смешок застревает где-то в районе солнечного сплетения.

— Я не делал всего того дерьма, что мне приписывают. Я никого не убивал и в жизни не принимал тяжелых наркотиков.