Голый завтрак

ЗАУРЯДНЫЕ МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ

Официальный завтрак Националистической партии на балконе, выходящем на Рынок. Сигары, шотландское виски, деликатная отрыжка… Партийный Лидер в джеллабе мерит шагами балкон, курит сигару и пьет виски. На нем дорогие английские туфли, кричащие носки, подвязки – ни дать ни взять вырядившийся бабой преуспевающий гангстер с мускулистыми волосатыми ногами.

ПЛ (театральный указующий жест): Взгляните туда. Что вы видите?

ЗАМЕСТИТЕЛЬ: А? Я вижу Рынок, а что?

ПЛ: Нет. Вы видите мужчин и женщин. Заурядных мужчин и женщин, занимающихся своими заурядными повседневными делами.

Живущих заурядной жизнью. Что нам и требуется…

Через балконные перила перелезает уличный мальчишка.

ЗАМЕСТИТЕЛЬ: Нет, мы не покупаем использованные презервативы! Проваливай!

ПЛ: Подождите!.. Входи, мой мальчик. Садись… Закури сигару… Выпей стаканчик.

Он ходит вокруг мальчишки, точно возбужденный кот.

– Что ты думаешь о французах?

– О французах. О тех ублюдочных колонизаторах, которые сосут твои жизненные корпускулы.

– Слушайте, мистер, пососать мою корпускулу стоит двести франков.

Не снижаю расценок с года чумы рогатого скота, когда перемерли все туристы, даже скандинавы.

ПЛ: Видали? Вот вам нетронутый заурядный мальчик в чистом виде.

– Да у вас просто нюх на них, хозяин.

– Военная разведка не дремлет.

ПЛ: Слушай-ка, малыш, давай подойдем к этому вопросу с другой стороны. Французы лишили тебя права первородства.

– Вы про Кредитную кассу, что ли?.. У них этим занимается один беззубый евнух-египтянин. Они себе думают, будто этот тип вроде как вызывает меньше враждебности – он всякий раз спускает штаны и показывает, в каком он состоянии: «Нынче я всего лишь бедный старый кастрат, но стараюсь не менять привычек.

Мадам, я и рад бы продлить срок аренды вашей искусственной почки, но это просто моя работа… Отключайте, ребята. – Он еле слышно рычит, демонстрируя десны. – Не зря я известен как Педрила-Изыматель».

Короче, отключают они мою родную мамашу, святую старую манду, она раздувается и чернеет, а мочой от нее воняет на всю базарную площадь. Соседи жалуются в Отдел здравоохранения, а папаша мой говорит: «Такова воля Аллаха.

Больше не придется тратить бабки на то, чтобы она смогла поссать».

Вообще-то я больных людей на дух не переношу. Когда какой-нибудь тип начинает рассказывать мне про свой рак простаты или про гниющую перегородку с гнойными выделениями, я говорю ему: «По-твоему, я так и рвусь выслушивать бредни про твою гнусную застарелую хворь? И вовсе я не рвусь».

ПЛ: Ну ладно. Довольно… Ты ведь ненавидишь французов, верно?

– Мистер, я ненавижу всех.