Её несносный студент

— Ты че-нить поскромнее взять не мог? — заваливаюсь в тачку, ребра ноют противно при каждом резком движении.

— Зачем? — ржет придурок. — Все девки универа мои будут.

— А то без тачки было бы иначе, езжай давай, Казанова долбанный, — качаю головой, вспоминая вчерашнюю блондинку, интересно, он все еще о ней помнит или уже благополучно забыл?

К универу мы подъезжаем минут через тридцать. Белый паркуется недалеко от здания нашего факультета. Мест полно, машин почти нет. Оно и понятно, тут таких мажоров почти не водится, они обычно в столицу или еще дальше валят, это только мы — придурка два, Европу на родные пенаты променяли.

И я вот вообще не жалею, даже глядя на довольно старое и требующее ремонта здание с обшарпанными стенами — не жалею. Мне хорошо здесь, в родном городе, даже дышится легче.

— Надеюсь твоего финика не угонят, — осматриваюсь, не выходя из тачки.

Народу немного, но на нас уже косятся. Сейчас начнется. Я еще надеялся не привлекать внимания. И на кой хрен этот дебил решил вдруг пользоваться всеми прелестями жизни мажора? И это еще пока никто не в курсе, что придурок этот — сын мэра, а я — внук ректора.

— Пешкарусом тогда пойдем, — ржет Белый.

— Ну да, ну да, пешком он пойдет.

Выходим из машины, и я уже собираюсь двинуться к зданию, как Белый зависает и пялится в одну точку. Ничерта не понимая, смотрю туда же, куда он, и черхтыхаюсь про себя. Серьезно? Впереди какое-то совершенно бесформенное светловолосое чудо, в дурацком, явно не по размеру пуховике, и не менее дурацкой шапке.

— Белый, бляха, прием! — пытаюсь привлечь внимание друга, — бесполезно. Этот идиот уже движется к девчонке. Нормальный он вообще? Мне даже на расстоянии видно, что девочка — не его поля ягода, наверняка зубрилка-заучка.

Кто вообще так одевается? Это ж блин какой-то ходячий анти-секс.

Ну, елки, ну куда ж ты прешь. Вот дебил. Я уже сейчас могу себе представить, чем все это закончится. Других девок что ли нет, ну куда его идиота понесло? Такие девочки-ромашки вообще не наша история, стороной их обходить надо, зачем портить? Правильно, незачем.

Белый тем временем окончательно рушит мои надежды на сохранение в его голове хотя бы крупицы здравого смысла. Садится рядом с девчонкой, вещи ее с земли поднимает, что-то говорит и расплывается в своей коронной улыбке, джентльмен недоделанный.

Так надо это заканчивать.

Собираюсь уже идти спасать девчонку, но она меня удивляет, гордо вскинув подбородок, поднимается на ноги, что-то говорит Белому. По охреневшей роже друга понимаю, что девочка-то не промах, плюс ей в карму. Правильно, малышка, от таких как этот дебил, девочкам-ромашкам нужно держаться подальше.

— Да что ж ты творишь, долб…

Останавливаюсь на полуслове, слишком громко выходит.