Её несносный студент

И меня просто прошибает удовольствием, разрывает на части от неземного, неземного, неописуемого наслаждения.

И я кричу, так пошло, развратно, грязно…

И последнее, о чем я думаю перед тем, как провалиться в пучину порока — это то, что я погрязла в этом мальчишке целиком и полностью, и уже не выплыву не освобожусь…

Я смотрю на нее, такую измотанную, уставшую. Ксюша лежит неподвижно, только плечи немного подрагивают при каждом новом вдохе. Кажется, уже засыпает. Она такая красивая, в этом приглушенном свете ночника. Нет, она у меня вообще красивая, это не обсуждается даже, но сейчас особенно.

Умаянная, после нашего бешенного секс-марафона, она просто прекрасна.

Я вообще не планировал сегодня ничего, во всяком случае ехать в эту квартиру не планировал. У меня ведь все по полочкам было разложено, все решено. Думал, заберу их с малявкой на выходных, Александровну перед фактом поставлю. Но разве с ней бывает по плану?

Кто же знал, кто вообще мог подумать, что кошечка моя ласковая, меня приревнует. И, с одной стороны, неприятная ситуация, конечно, потому что вопрос доверия я давно считал решенным, но я совру, если скажу, что ревность эта ее неожиданная, меня не завела.

Завела, да что там, я чуть прямо там от восторга не кончил. Самолюбие мое, Ксюша, конечно потешила, да настолько, что я потом про себя всю дорогу улыбался, едва сдерживаясь, чтобы не заржать в голос.

Она ревновала, меня ревновала. Опять! Моя девочка, училка моя нереальная.

Соньку жалко, правда, ни за что девчонке прилетело.

Соньке вообще как-то не очень везет, вечно достается. Я две недели наблюдал, как она мрачная ходит, поникшая, словно в воду опущенная. Умная девчонка, веселая, мне понравилась, вот только у Хасанова — препода нашего — отчего-то на нее аллергия стойкая.

И пока он у нас только основы программирования вел, все не так стремно было, но, когда он взялся за базы данных, стало совсем туго. Соне.

Никто так и не понял, с чего вдруг посреди семестра нашей группе — между прочим единственной — заменили препода. Но интересоваться и любопытствовать никто особо не решился. У Хасанова проще было просто выучить и сдать, нежели задавать вопросы.

Вот мы и не задавали. Сонька совсем поникла, он ей жизни спокойной не давал.

И все, у кого хоть немного мозги фурычили, понимали, что цепляется он к ней нарочно, из вредности. Никитина реально умной девкой оказалась, и в базах не хуже Хасанова шарила, вот я не шарил особо, оно мне, как козе баян, скучно и не привлекает, а Никитина — дело другое.

Ей должное нужно было отдать, его нападки несправедливые она вполне стойко выдерживала, правда, ровно до конца пары, а потом… В общем картина зареванной, почти бьющейся в истерике девушки меня равнодушным не оставила.