Все, что я знаю: мед, клюква, лимон, масло на орехах и немного имбиря и корицы.
— Спрошу. — Я поколебалась, стоит ли возвращаться к исчерпанной вроде теме, но все же сказала: — Ты меня защитил от этого паразита, а вместо благодарности я на тебя наорала. Прости меня.
— Не за что. — Виктор помолчал. — Даже если раньше я и сомневался, после того, что увидел сегодня, я совершенно убежден в твоей верности. И телесной, и духовной. В конце концов ты закрывала щитом меня, хотя одному Господу ведомо, где ты могла этому научиться.
— Ну это же логично, — пожала плечами я. — Моя магия — электричество…
Я осеклась.
— Молния, — сказал Виктор.
— Да какая разница. Главное, что она могла бы задержать пулю. Или расплавить. Неважно. Я очень испугалась, в таком состоянии в голову может прийти что угодно. Хорошо, что получилось.
— Хорошо, — согласился он. — Замедлить пулю, — он улыбнулся, взъерошил мне волосы, — не расплавив при этом меня. И хорошо, что ты не безвозвратно навредила себе. Бери еще конфет. Сколько можешь съесть и чуть больше.
Виктор замолчал, с умилением наблюдая, как я уминаю сласти.
— Как ты узнал, что мне нужна помощь? — спросила я.
— Я не знал. Увидел яркий свет во дворе. Слишком яркий. Выглянул в окно, увидел тебя с фонарем, понял, что нужно это остановить, пока не поздно.
— Почему? — изумилась я. — Разве запрещено освещать электричеством… магией молнии?
— Электричеством… — задумчиво повторил Виктор. — Теперь понятно.
Мне-то совершенно ничего было не понятно.
— Магические световые шары разрешено использовать только для освещения дворца, садов и путей коронованных особ.
— Они потеряют свое влияние на корону, — закончила за него я. — Что ж, цари на то и цари, что владеют тем, что недоступно простым смертным.
Виктор кивнул.
— Именно. Поэтому, даже если кто-то и догадался, как ты, свои догадки предпочитает держать при себе. Может быть, использует дома — мне бы пригодился такой свет, писать при нем гораздо проще.









