3
0— Ты еще вслух скажи, что пить бросишь!
— Пить я не брошу! Но курить буду! Куплю себе шелковый халат, сигару и забью домашний бар и балкон виски.
— Тогда от тебя даже кот сбежит!
Рыжий кот Степан был единственный, кого Андрюха пустил в свое жилище. Где его Милованов подобрал, сам не помнит. Помнит, что Степан показался ему таким же побитым (хотя у кота было только разодрано ухо) и несчастным, как и сам Андрюха. Нашел, так сказать, родственную душу.
— Не сбежит! Мы будем пить виски вместе! — Милованов сделал царский жест рукой.
— Ну, и компашка! — вздохнул.
И решил позвонить Юле. Юля не брала трубку. Раз. Позвонил через пять минут. Второй. Опять позвонил. Гудки. С настойчивостью носорога я набирал Юлин номер, слушая противные гудки. Теперь даже не слышал комментарии Андрюхи. Набрал сестру. Она всегда была на связи. Но, услышав ее, мягко сказать, нетрезвый голос, и без того поганое настроение упало еще ниже. Она что-то бормотала заплетающимся языком про чай и мужчин. Даже Андрюха заткнулся.
Еще секунда и я бы сорвался, наплевав на все запреты! Нашел бы сестру, и вытряхнул из нее информацию, где Юля. Но на мое, или на ее счастье, трубку взяла сама Юля. Я даже забыл, зачем ей звонил! У меня чуть ли пар из ушей не шел, до того я был взвинчен! Но ее голос, мягкий и совершенно трезвый, успокаивал быстрее любого психотерапевта. Я словно попал под гипноз. Юля не сказала, где они. Но сказала, что Яна меня разыграла. Увижу сестру — точно получит по заднице! Юмористка, чтоб ее! Я чуть от разрыва мозга, сердца и других органов не умер!
Взяв обещание, что Юля обязательно позвонит мне, как только придет домой, я отключил звонок. Что-то давненько не было у меня таких срывов! Единственный раз это было, когда Алёнку сразу после рождения положили в реанимацию. Это были самые страшные сутки в моей жизни. Надеюсь, что больше я так ни за кого переживать не буду!
А теперь осталось дождаться, когда Юля сама мне позвонит. Но вот она звонить совершенно не торопилась!
— Дим, ты теперь в обнимку с телефоном спать будешь?
— Так у меня важные звонки!
— Так и у меня важные! — Отмахнулся от Андрюхи. — Ты мне лучше вот что скажи, ты ведь никогда так себя не вел.
— Не бухал, по девкам не бегал, ты же всегда думал, как это может отразиться на твоей карьере и репутации отца. Что изменилось? Или перспектива занять его место перестала быть актуальной?
— Я и сейчас ни за кем не бегаю! — слишком резко ответил друг. — Знаешь, бывают такие моменты, что ни карьера, ни чья-то судьба тебя вообще не волнует. Вот, наверное, это и повлияло.
— А вот это тебя совершенно не касается! — отрезал Милованов.
— Я думал, что с друзьями всем делятся, — сделал вид, что обиделся.
— Не всем. Далеко не всем.
