Дядя самых честных правил 5

Не все, конечно, только у семерых нашлась способность видеть эфир, вот их и учу.

Кивнув, я не стал ему рассказывать, что видеть эфир могут все. Просто с остальными ему стоило повозиться чуть дольше. Но сейчас этого и не требовалось — столько деланных магов мне пока пристроить некуда.

— Вы сейчас их посмотреть хотите? Вызвать моих умниц с урока?

— Сделаем по-другому. Сейчас отправимся в класс, и я попробую их опознать.

— Сами? А что, это будет интересно. Теряюсь в догадках, как вы это сделаете.

Ученики в школе были разбиты на два класса по возрастам: младшие и старшие.

Занимались они чередуясь по дням, кроме воскресенья. Три дня в неделю не слишком много, но результат выходил замечательный: дети впитывали знания как губка. По словам Лаврентия Палыча, их родители тоже были довольны, что рабочие руки не отрывают от хозяйства полностью, и не настраивали детей против школы.

Сегодня был день старших детей. Стоило войти в классную комнату, как на меня уставились сорок пар глаз парней и девушек лет от тринадцати до пятнадцати. Я появлялся в школе редко, и они разглядывали меня: кто с любопытством, кто со страхом, кто со смущением.

Аполлинарий Крисанфович совершенно не удивился визиту. Он дал рукой команду встать.

— Здравствуйте, Константин Платонович! — раздался нестройный хор детских голосов.

— Здравствуйте, — я кивнул, — Аполлинарий Крисанфович, я хочу посмотреть, как проходит урок.

— Конечно, Константин Платонович. Прошу вас!

Я отказался пройти за учительский стол, а вместо этого сел на последнюю парту в конце класса. Таня, Сашка и Разумник остались у дверей, сложив руки на груди и наблюдая.

Дети пытались оборачиваться в мою сторону, но Аполлинарий быстро восстановил дисциплину и продолжил урок.

— Черницын, развернись, я здесь. Итак, мы остановились…

Только один лопоухий орчонок хулиганистого вида так и зыркал на меня жёлтыми глазами. Хитро щурясь, будто задумывая какую-то шалость. Э нет, дружок, главный по каверзам здесь я!

Незаметно я достал из кобуры small wand. В воздухе перед собой начертил эфиром неприличное слово и лёгким толчком отправил невесомое плетение в сторону чёрной доски, исписанной мелом.

Рисунок, абсолютно безопасный в магическом плане, но невидимый обычному глазу, повис рядом с учителем.

По классу прокатились редкие смешки, некоторые из девочек стыдливо отвернулись, а хулиган громко фыркнул и с восторгом покосился на меня.

— Черницын! — учитель хлопнул по столу указкой, заставив его вжать голову в плечи. — Вот ты мне и ответишь сейчас…

— Аполлинарий Крисанфович, снова вас прерву.

Я встал и вышел к доске. Взмахом small wand’а развеял слово и повернулся к классу.

— Судари и сударыни! Те, на кого сейчас укажут, должны будут встать и пройти со мной.