Дядя самых честных правил 5

Не доставая small wand, я пальцем начертил в воздухе Знак воды и швырнул на землю между скандалистами. Мелкая водяная пыль взметнулась вверх фонтаном, мгновенно охладив обоих.

— Марья Алексевна, разрешите представить вам, — я сделал вид, что ничего не произошло, — отца Лукиана. Моего нового наставника по магической науке.

— Отец Лукиан, разрешите представить вам княгиню Марью Алексевну. Мою… ммм… наставницу и ближайшего друга.

Лукиан несколько раз моргнул, отступил на шаг и низко поклонился.

— Прости меня, Марьюшка, дурака старого. Не думал, что помнишь до сих пор.

Ей-богу, не желал тебя обижать тогда.

Княгиня холодно посмотрела на монаха и ткнула его пальцем в грудь.

— Даже не подходи ко мне, Лукьян. Чтоб глаза мои тебя не видели!

Она развернулась и быстрым шагом удалилась в дом.

Первым в доме нас встретил Мурзилка. Огромный рыжий котяра сидел на комоде, щурился на входящих. Он благосклонно принял от меня почёсывание за ухом, тихонько мурлыкнув.

— Всякая тварь да хвалит Господа, — монах протянул руку, чтобы тоже погладить кота, но остановился на полпути.

Кот и некромант замерли, разглядывая друг друга.

Лицо монаха вытянулось, а в глазах появилось растерянное выражение.

— Тварь освобождена будет от рабства тлению, — загадочно произнёс он и кивнул коту, как старому знакомому.

Затем кинул на меня странный взгляд, но ничего не сказал. Я только пожал плечами: Мурзилка для меня самого загадка. Боюсь, даже монаху её не разгадать — не даст котяра себя исследовать или опыты ставить.

Едва мы вошли в гостиную, в двери напротив вбежали Сашка и Таня.

— Константин Платонович!

Они кинулись было меня обнимать, но увидели незнакомого монаха и стушевались.

Скромненько остановились, потупились и хором поздоровались.

— Здравствуйте, Константин Платонович.

Лукиан негромко хмыкнул.

— Ну, хоть тут у тебя как у людей.

— Это мои ученицы, отец Лукиан. Александра и Татьяна.

— Теперь это так называется? — он глумливо усмехнулся.

— Я учу девушек деланной магии, отец Лукиан, — я добавил в голос железа, чтобы прекратить его пошлые намёки.

В ответ монах скептически скривился.

— На ерунду себя растрачиваешь, — буркнул он, — глупости твоя деланная. Забава дитячья, прости хосподи.

Для «дрессировки» Анубиса учитель несомненно нужен. Но я не собираюсь позволять всяким посторонним лезть в мою жизнь. Может, эти некоторые, не будем тыкать пальцем, замшелые ретрограды? Или маразм прогрессирует со времён Земского собора?

В гостиную ворвалась Ксюшка и кинулась ко мне. В отличие от сестры ей было плевать на монаха и его мнение. Я подхватил девочку, подкинул её к потолку, заставив завизжать, и взял на руки. Она обняла меня за шею и радостно сообщила:

— Так и знала, что ты сегодня приедешь.