Дети белой крови

Хочешь попасть в Сивиллу? Да пожалуйста! Только не мешай тем, кто уже работает там, и веди себя осторожно… насколько это вообще возможно.

И вот Цезарь оказался в захваченном городе в маске гнома – одного из элементалей земли. Он-то ожидал стать элементалем огня, что было бы логично, но Арма, похоже, решил отомстить ему хотя бы так. Плевать. Цезарю было все равно, за кого его там принимают, он пока не собирался использовать свою силу.

Ему нужно было увидеть брата. Он чувствовал, что запутался, и понимал, что только Катиджан может дать ему ответы. Его родные братья не поняли бы его, даже добрый Харитин предпочитал держаться подальше от этой войны. Они осмеяли бы его, а может, и настучали бы отцу – а отец, в свою очередь, настучал бы Цезарю, чтобы выбить из него дурные идеи.

Потому что позиция клана Инанис была давно объявлена и известна всем. Да, они поддерживают Огненного короля, желают ему счастья, здоровья и прочих благ. Но они не собираются лезть в это, рискуя своими жизнями и навлекая гнев Сообщества лично на себя. Цезарь был готов в кои-то веки поступить правильно, но после того, что случилось в Эдене, он больше не мог сдерживаться.

Он понял это с предельной ясностью, когда увидел Диаманту Легио. Она не была Эвридикой – и вместе с тем была ею. Он смотрел на нее, видел эти волосы, эти глаза, и понимал, что пропал. Никакая Илоиза Витре и прочие красавицы уже не могли ему помочь. Он слишком долго баловал себя честной жизнью, чтобы теперь учиться самообману. Цезарь с обреченностью загнанного хищника признавал, что обратного пути нет.

Но близнецы, запертые в Слоновьей Башне, пока были слишком далеко, и единственным способом сблизиться с ними стало общее дело.

К тому же, он всегда был сторонником хорошей охоты, а в Эдене она вышла на новый уровень. Это не то же самое, что гоняться за мелкими наемниками в мирное время! Он сражался с монстрами и использовал магию, на которую раньше не решился бы. Сила переполняла его изнутри, новая, дикая, и он сам изменялся – Цезарь не сомневался, что в лучшую сторону. Так что дело было не только в Эвридике, его место было на этой войне – а значит, вдали от собственного клана? Только это и смущало Цезаря. При всей своей независимости, он все равно любил свою семью и не хотел расстраивать отца.

Ему нужен был компромисс, нужна была гармония, хотя бы в его собственной душе. Поэтому ему и понадобилось встретиться с Катиджаном.

Но это оказалось не так просто, как он ожидал. Цезарь без труда обнаружил Керенсу, Алесту и Родерика – они скрывались на окраине, близко к тому месту, где он вошел в кластер. Увидеть сквозь маски было несложно: он, наследник высшей линии, чувствовал магию гораздо тоньше, чем маги более низкого уровня.