Чужих не жалко

– Обещай, что ты месяц не будешь ничего предпринимать!

– Обещаю, – отмахнулся Игорь и похлопал по подлокотнику. – Иди сюда.

Она вздохнула и подошла. Он потянул ее за руку, посадил на колени.

– Завтра и послезавтра меня не будет в городе. – Вероника провела рукой по его щеке.

Черт… Впереди выходные, он совсем об этом забыл.

– Поеду к родственникам за город.

– Жалко, – вздохнул Игорь и неожиданно спросил: – Как тебя звал муж? Вера? Ника?

Она напряглась, замерла. Он молча погладил ее по спине.

– Одевайся. Мы пойдем в ресторан. Я жутко проголодался.

– Не хочу, – улыбнулась она. – Не хочу никуда ходить.

Они заказали обед домой. Вероника достала тарелки, переложила в них еду из пластиковых упаковок. Тарелки были странной ломаной формы и темного стекла. Он таких раньше никогда не видел и никогда не купил бы их домой, но почему-то тарелки казались уместными и правильными на скромной Вероникиной кухне.

Игорь наблюдал, как она хлопочет, и ему казалось, что он вернулся домой из долгого-долгого путешествия.

Стася запирала квартиру, когда у соседей послышался шум и дверь распахнулась.

Соседка, с которой раньше Стася при встрече перекидывалась парой слов, совсем не изменилась.

Наверное, Стася тоже изменилась мало, потому что соседка, посмотрев на нее с настороженным любопытством, неуверенно произнесла:

– Здравствуйте, – сказала Стася.

Соседке было лет семьдесят. Раньше к ней по выходным приезжали внуки, бегали по площадке, шумели. Когда малыши уезжали, Егор с облегчением вздыхал.

– Злой ты, – говорила ему Стася. – Хороших людей дети радуют.

– Я не злой, а честный, – смеялся Егор.

Соседка была активной, следила, чтобы подъезд хорошо убирали. Собирала подписи под какими-то жалобами. Егор их подписывал.

– Мне это ничего не стоит, а ей приятно, – объяснял он Стасе.

Стараниями соседки не только подъезд, вся придомовая территория была в идеальном порядке. Впрочем, не исключено, что заслуги старушки в этом не было, а просто хорошо работала обслуживающая дом компания.

– Какой ужас! – соседка сокрушенно покачала головой. – Какой хороший мужчина был!

– Что же там случилось? – соседка кивнула на Егорову дверь.

Почему-то Стасе казалось, что соседка искренне жалеет Егора.

– Отравленное вино, – объяснила Стася.

– Я их видела, и Егора, и девушку. – В руках у соседки был мешок с мусором, она переложила его в другую руку. – Я их видела вечером, а утром видела уже мертвыми. Полиция всех соседей обходила…

– Вечером они вместе пришли? – заинтересовалась Стася.

– Она к нему пришла. Я пошла мусор выбрасывать, открыла дверь, а она к Егору заходила. Сказала, что ее просили передать ему подарок. Он спросил, кто. Что она ответила, я не слышала, дверь захлопнулась.

– Он писал ее портрет.