2
0Поэтому и пользовался особым спросом среди зеков. Разъебали его так, что геморроидальные узлы на полметра вывалились из очка, пришлось обрезать в живодерне. Дюймовочка вернулся оттуда только сегодня утром. Но кого ебет чужое горе?!
— Не надо, не зажило еще! — хныкал Дюймовочка. — Доктор сказал, чтоб полмесяца, хотя бы неделю…
Увидев хуй Фарисея, он побледнел, как обвафленный.
— Я лучше отсосу, по высшему классу, тебе понравится, — попытался увильнуть Дюймовочка.
— В позу! — рявкнул Фарисей. Было видно, что торопится, боится, как бы хуй не упал.
Дюймовочке дали по организму и засунули головой под нары, в позу «обезьянка на водопое». Костлявая жопа была в два раза уже хуя и подергивалась — очко играло. Большого хуя нечего бояться — очко имеет свойство расширяться.
Фарисей засадил с разгона. Хуй в серево — какое дерево?! Рев Дюймовочки слышали даже в ментовском поселке. На следующий день пидора снова отправили на живодерню, а Фарисей с невинным видом говорил всем и каждому:
— Столько кровищи! Не знал, что он целка!
На мой вопрос Фарисей раскинул пальцы веером и поехал с наигранной обидой:
— Да ты чо?! Тот пан в Польше, у кого хуй больше!
— Что там ваша Польша?! У нашей Катьки пизда больше, — подъебнул я.
— Во-во! — продолжил Фарисей. — Недавно притащили прошмандовку, поставили раком посреди комнаты, ебем по очереди. Я как запердолил ей, а она как заорет: «Если я блядь, меня ногой можно ебать?!»
Дурку эту он, видимо, не впервой рассказывал, потому что, кроме моей вежливости, никто не улыбнулся.
— Ну, давай за встречу, — предложил он, садясь за стол и разливая водку.
Деркач теперь смотрел на меня по-другому, значит, наслышан. И у Лося пропал драчливый пыл. Он помог встать своему корешу и оба сели за стол, но подальше от меня.
Появился барыга, подслушивавший под дверью, и принес еще стаканы и бутылку водки.
— Шибко ты на мусора похож, — как бы извиняясь, сказал он мне.
— Что есть, то есть! — произнес Фарисей и весело заржал. Смешно дураку, что хуй на боку.
Мы выпили, закусили квашеной капустой и вареной колбасой. Бедненько живут ребята.
— Позавчера помеловку подогнали от Мухача, — сообщил Фарисей.
Мухач был его корешем. Перед Новым годом всадил электрод в бочину козлу и заплыл по-новой.
— На Печоре у комиков. Чиркает, что кича локшовая, блатные масть не держат. Все брушат, вантажа нет и хвостом не бьют.
В переводе на нормальный русский это значит: увидишь своих, передай нашим, что на хуях пашем. Мы повспоминали о других общих знакомых, помянули загнувшихся.
— А ты каким ветром к нам? — встрепенулся вдруг Фарисей.
— Да вот услышал о Деркаче, дай, думаю, схожу познакомлюсь, — сказал я.
Ребята оказались толковые, посидели еще немного и свалили на второй этаж.
