1
0— Охотился на подрывника, — ответил я громко, чтобы все слышали, выпил и закусил долькой подсахаренного лимона.
— Завтра узнаем. Он прятался где-то за городом. Сегодня позвонил мамаше, что деньги кончились, завтра утром придет.
И Вэка, и Деркач, и Лось вели себя нормально.
— Кто такой? — спросил Снегирь.
— Чмо левое. Возьмем, посмотрите.
— А заказал кто? — допытывался Снегирь.
— Он и расскажет, — ответил я и налил себе еще рюмку. — Давайте о чем-нибудь веселом.
Ребята, давайте ебаться, а через пять минут меняться. О том и пошел разговор. На пьянке болтают о работе или ебле, на работе — о пьянке или ебле, а вот на ебле — только о ней, родимой.
День начался как обычно. В офис я приехал к одиннадцати и спросил у Нины:
— Нет, — ответила секретарша, поблескивая глазами.
В одиннадцать часов утра и одиннадцать вечера у нее сексуальный пик. Об этом даже моя жена знает. Сейчас позвонит. Я улыбаюсь и показываю на телефон. Нинка тоже лыбится и покруче выпячивает буфера, предлагая потискать их. Прямо сейчас и прямо здесь. Я давлю левую. Нинка, как всегда, без лифчика, что меня, как всегда, заводит.
— Ирка! — со смехом говорю я, отпуская настропаленную сиську.
Секретарша снимает трубку, включает динамик, чтобы я слышал, и бесчувственным голосом — это при переполненных похотью глазах! — произносит:
— Шеф приехал? — спрашивает Михалевский, забыв поздороваться.
Значит, что-то очень важное. Я забираю трубку, выключаю динамик:
— Все, как мы предполагали. Сначала появился первый (так мы условились называть Лося; Деркач — второй, Вэка — третий). Объект он упустил, а потом ушел, потому что к дому подъехали две милицейские машины. Их вызвала засада, что в квартире была. Они производили обыск в квартире и сарае. Через сорок минут первый объявился вместе со вторым. На красных «жигулях» пятой модели. Угнанных, как потом узнали. Ждали у соседнего дома. Когда объект вывели из подъезда, «жигули» подъехали. Стрелял второй из «калашникова». Мы не успели предупредить, — огорченно, будто провалил операцию, закончил Михалевский.
— Ничего страшного. Меньше работы будет мусорам, — сказал я., похвалив себя, что получилось именно так, как задумал. Есть особый кайф разделаться с исполнителем руками заказчика.
— Не думаю, — заметил Михалевский. — Кроме объекта погибли два милиционера, опер и сержант.
Блядь слепая Деркач наломал дров больше, чем ему надо на всю оставшуюся жизнь.
— Мне придется кое о чем проинформировать их, — продолжил Михалевский. — Мы сфотографировали первого и второго в «жигулях». Дистанция большая, но, думаю, можно будет опознать.
— Пока о фотографиях ни слова, — приказал я. — Мне надо за них кое-что получить. Как сделаете их, сразу привезите мне. И о том, что мы узнали от Динамитчика, пока не говорите.
