1
0Когда они ушли, я спросил Биджо:
— Что с машиной будешь делать? Может, подаришь ее хозяину мойки? В благодарность за перевязку. Несчастливая она, лучше избавиться.
— Наоборот, счастливая, — улыбнулся Биджо, сразу помолодев. — Хорошо, так и сделай. И скажи Нугзари, пусть под нашу защиту возьмет его.
Из больницы я поехал искать шиномонтажную. На местности ориентируюсь хорошо, если где-то побывал, найду туда дорогу, сколько бы времени не прошло. Хозяин обрадовался мне.
— Думал, уже не приедет никто. Что с машиной делать? Не может же она здесь вечно стоять, — балаболил он, открывая двери мойки. — Жив твой приятель?
— Я отремонтировал машину, помыл, почистил, — продолжал он, показывая ее, с новым стеклом, вылизанную снаружи и внутри. — И это, мойка все время была закрыта, ничего не заработал…
— Я же сказал, что не пожалеешь, — оборвал его. — Машина твоя. Хочешь, сам езди, хочешь, продай.
У него дыхалку отшибло. Надеялся получить пару рублей — рублями и хуй в жопу — мелочью, а тут целое состояние свалилось.
— На днях к тебе подъедут, оформят генеральную доверенность, — сказал я. — И крышу сделают. Задаром.
— У меня уже есть, — пожаловался он. — Плачу нашим, местным.
— Не тем, что в нас стреляли?
— Это возле ресторана? Двоих там убили?
— Они. Там Петруха погиб и Чита, — он посмотрел на меня, догоняя, кто их завалил. — А-а-а!.. — он улыбнулся во всю харю, показав гнилые зубы. — Так теперь им пиздец?
— Дело нескольких дней. Узнаем всех, кто в их шобле, чтоб никого не осталось.
Он подсчитал, сколько бабок сэкономит под нашей крышей, поглядел на машину, прикинув, что не попользуется ею, пока живы местные отморозки, и сообщил:
— Я их всех знаю. Заправляет Конь. Он по малолетке получил срок за изнасилование, а гоношится, как!.. — он так и не придумал сравнения, злость помешала. — Он был возле ресторана. Рассказывал, что еле отстрелялся. Мол, вас целая бригада прикатила.
— Ты видел, сколько нас было, — произнес я.
— Да понятно! Чего еще от него ждать?! Наверняка на зоне пидором был. Там же не любят насильников, правильно?
Ты прав, Аркаша, твоя срака шире.
— Еще у него в банде Лис, Правый…
— Ты думаешь, я их запомню, твоих правых-левых?! Напиши. И адреса, если знаешь.
— Конечно, знаю. Я с ними со всеми в одной школе учился.
Он накарябал список в полтора десятка кличек и адресов, довольно своеобразных: «во втором доме от кочегарки», «в том доме, где универмаг, крайний подъезд, пятый этаж»… Сдал всех оптом за сраную тачку и освобождение от абиссинского налога.
По возвращению я связался с бывшими шпионами, встретились в кафешке в центре. Она была одной из первых в столице и прославилась тем, что здесь среди бела дня вывели во двор директора и расстреляли на виду у посетителей. Не хотел делиться, засранец.
