3
0А где же достойная тебя награда, Камерол?!
– Ее нет! Разве это достойно верховного бога – оставить тебя и нас всех ни с чем?!
– Нет! – рявкнул я, распаляясь.
Что ж, они нашли мое слабое место и ударили по нему, признал я, снова обрывая поток воспоминаний. Сколько раз я сам думал о черной неблагодарности Трасскора?! Да, я стал вторым в пантеоне богов, но я действительно остался при своих силах.
Трасскору удалось запудрить мне мозги… как и этим заговорщикам. Дескать, ему как верховному богу надо было восстанавливать мир из руин, для чего требовалась вся мана от верующих, численность которых сильно сократилась.
Я вернулся к воспоминаниям. Надо досмотреть до конца, хотя думаю, что вряд ли я найду ответы на свои вопросы…
– Значит, надо взять свое! – пьяно воскликнул Резиф и опустошил свой кубок.
– Да! Да! – поддержали его остальные.
– Но как?! – удивился я.
– Ты самый сильный из нас! – воскликнул Такешан. – Ты сильнее нас всех, вместе взятых!
– Трасскор мне не по силам…
– Он вернется слабым! Ты одолеешь его!
– Рискованно, – проявил я осторожность, несмотря на опьянение.
– Тогда пусть первым на Трасскора нападет этот Светозарный! – прозвучало предложение от Лагора. – Откормим его жертвами, и когда Трасскор вернется, этот Светозарный, пусть он станет Неназываемым, нападет на верховного! Он его сильно ранит, и тут уже тебе не составит труда добить этого жмота.
– Да здравствует Камерол! – пьяно воскликнул Резиф, вскидывая кубок вверх и заодно наполняя вином наши.
– Да здравствует Камерол!!! – вскричали остальные заговорщики.
Вскинул свой кубок и я… После чего мы одновременно опустошили сосуды до дна.
Так мы заключили договор.
Мы потом этот план еще долго обсуждали, шлифуя мелкие детали. И Арсилена права, в какой-то момент я искренне решил, что идея сделать из Светозарного Неназываемого и натравить его на Трасскора принадлежит мне.
Гниды… Убил бы гадов! Они все сговорились за моей спиной и подставили меня, как какого-то несмышленыша! Не важно, кто именно все придумал, важно то, что я лишь пешка, которую ведут, дабы превратить в ферзя, но коей можно с легкостью пожертвовать!
Даром это им не пройдет,… подумал я, вдоволь наметавшись молний, но ярость все еще клокотала во мне, рождая неистребимое желание кого-нибудь убить.
