11
0Я вот однажды не успела… чуть… надо было мост сжечь.
– А как вы это делаете?
– Вместо одного толкача подвешивают бомбу, – неохотно сказала Хелен. – Снизишься над целью, отцепляешь, от удара о землю она взрывается… Пробовали ставить скорострельные пулевики, но это неудобно. Вес большой, а нацелиться толком все равно не получается. Ты сам воевал?
– В юности.
– И как, видел планёрную атаку?
– Нет, это мелкие были войны, провинции счеты сводили. Никаких планёров.
– Повезло тебе. Когда десяток планёров над полем боя снижается, и каждый по паре бомб вываливает…
Она обернулась, не отпуская рычаги. Покачала головой:
– Не приведи Господь, Ильмар. Даже сверху смотреть страшно на дело рук своих.
Ночная Ведьма не шутила и не кокетничала. Глаза были абсолютно серьезны.
– Война – она всегда страшна. Чего уж тут.
– Не скажи. Когда в честном бою сходятся – одно. Когда смерть сверху сыплется, то другое.
– Что ж ты свою работу ругаешь?
– Я летать люблю, Ильмар. Это моя работа…
С женщинами всегда так. Любой мужик бы на ее месте гордился, что своим планёром ужас на врага наводит, полки разгоняет. А она… права, конечно. Женское дело рожать, а не убивать.
– Понимаю, Хелен. Много вообще летуний?
– Десять всего. Но я лучшая.
Сказано это было просто, без лишней гордости, и я кивнул, соглашаясь.
– Ты и в самом деле лучшая. И не только в воздухе.
Принужденно улыбнувшись, Хелен снова приникла к приборам. Планёр заскользил в поисках восходящего потока. А я сидел, проклиная свой быстрый, но неловкий язык. Вовсе не постель я имел в виду, но летунья явно восприняла мои слова однозначно…
Продолжить разговор я не решился, а Хелен явно хватало дел помимо разговора. Вскоре бессонная ночь и выпивка стали брать свое. Закрыв глаза, я расслабился, убаюканный пением ветра и покачиванием планёра. Вроде бы и сна не было, но что-то грезилось. Белое облачное поле, и я иду по нему, не проваливаясь, лишь по колено зарываюсь во влажный туман. А надо мной сияет ослепительное солнце, воздух холоден и чист, а под ногами грохочет гром и сверкают молнии…
– Ильмар…
Открыв глаза, я с удивлением отметил, что солнце в зените, светит сквозь туго натянутую ткань кабины, и вроде бы даже стало теплее…
– Ты спишь, что ли?
– Да… немного.
– Молодец. Глянь вниз.
Я приник к стеклу."
"Облаков не было и в помине. Зеленеющая, цветущая земля, лоскутки полей, крошечные домики… ой, люди! Едва-едва ползущие точки!
Это все слева от планёра. А справа – ярко-синее ласковое море.
– Хелен, я долго спал?
– Часа три, Ильмар.
– Да что ж это! – Я едва удержал брань. Второй раз на планёре лечу, а уже дрыхну, словно в обыкновенном дилижансе. – А где мы, Хелен?
– Миновали Неаполь. Приближаемся к Сорренто.
