Без разборов

Но отделаться от этого конфликта нужно было срочно и, ещё раз посмотрев на машину гаишников, из которой уже собирался вылезать Кирилл, и оглянувшись на «Марк», он отсчитал Виталию тысячу долларов.

— Ну вот, — сказал Виталий, пряча деньги в карман. — Теперь претензий нет. Ну всё, разбежались?

— Давай-давай, — кивнул ему Валера и повернулся к уже идущему к ним Кириллу.

Виталий видел, что с появлением ментов парни сильно изменились и от злости их не осталось и следа. Но значения этому не придал, так как встречаться с гаишниками, мало кто любил. И он уже сам не раз видел, как неохотно задерживаются в городе перегонщики. Большинство не связываются с милицией, даже если их самих побьют. А эти сами были не правы, поэтому им тем более она была ни к чему. Но выпендриваться своей победой над ними не стал. Наоборот, когда Кирилл подошёл, он примирительно сказал ему, садясь в машину:

Но злобный Кирилл и не обратил на него внимания, а сразу забрал у Валеры остаток денег и сел в «Крузер». Машина гаишников уже удалялась. Виталий выключил аварийку и тоже потихоньку тронулся, проезжая мимо садящихся в «Марк» Валеры с Антоном и улыбаясь удачному делу. Посмотрев потом в зеркало заднего вида, он увидел как «Марк» и «Крузер» развернулись и поехали по другой дороге. Виталий усмехнулся и произнёс:

— Вот так вот, господа транзитники. Не наглейте в следующий раз на джипах. Попроще надо быть.

В напарники к Киселю, положенец Опаля, выделил недавно освободившегося Волыну. Вдвоём они ездили на одной машине, на двоих так же была одна рация и один пейджер, поэтому им приходилось постоянно находиться вдвоём. Но это их не обременяло, поскольку они быстро сошлись характерами, и к тому же интересы были у обоих одинаковы. Оба сидели на ханке и, чтобы постоянно добывать себе наркотик, крутились в поисках всё новых и новых точек продаж этого зелья. И поскольку деньги, которые скидывали контролируемые ими наркоторговцы, они почти все отдавали положенцу, то ставить его в курс за новые, найденные ими точки, которые они загоняли под крышу от имени Опали, конечно же, не собирались. И брали они с этих новых точек в основном не деньгами, а ханкой. Вот и сейчас, вколов очередную дозу наркотика Волыне, Кисель стал выбирать остатки ханки себе в шприц и сказал:

— Я тут ещё одну точку надыбал, где ханку добрую продают.

Волына, сидя в кресле с закрытыми глазами и почёсывая руки, сказал:

— Бл-.-дь, приход какой жёсткий, сука. Надо было проангидридить. Чё ты там говорил?

— Я говорю, точку надыбал ещё одну, там ханка тоже добрая.

— Ну, ништяк. Давай сразу туда наедем, пока Опаля за неё не узнал. А где это? Здесь, в городе?

— Да, на Пушкинском мосту, не доезжая. Там Муким есть такой.