Мужчина моей судьбы

Другая ждет от «старого солдата» романтических признаний и нудных любовных баллад, и без этих розовых соплей чувствует себя абсолютно несчастной. И оба переживают… сомневаются… мучают себя, друг друга и… молчат. Так?

— Может и так, — прищурилась я подозрительно. — Да только тебе откуда все эти подробности известны? Йор напел?

— У этой хитрой мелочи разве что-нибудь выпытаешь? — скривился Петька. — Нет, фрейр здесь ни при чем, я с его светлостью успел пообщаться.

— Что?! — попыталась вскочить с дивана, но брат уже опустился рядом и перехватил мою ладонь, удерживая на месте.

— Да вот только что… — он устало потер лоб. — Ты заснула. Я боялся, что разбужу, ну и вышел ненадолго. Пройтись, посмотреть, что происходит, где Йор и… — он запнулся.

«И Эари», — мысленно закончила я. Ох, не нравится мне эта его привязанность к маленькой фрейе. Интересно, кем она недоэльфу приходится?

— В общем, искал я фрейра, а нашел герцога. Они, видимо, только что закончили беседовать. Саллер налетел на меня, такой возбужденный весь, и с ходу огорошил вопросом: люблю ли я тебя?

— А ты?

Я с силой стиснула его пальцы.

— Честно говоря, опешил от такого напора.

— Ну, а дальше? Петька, я тебя сейчас прибью — что ты тянешь?

— Он выдохнул резко, наверное, во время моего ответа вообще не дышал, и понес какую-то ахинею. Что был уверен в моей гибели… какой-то он там стук перестал слышать…

— Биение сердца, — поправила машинально. — Это родовая особенность Саллеров — чувствовать жив родственник или нет.

— Мда… в моем случае дар явно дал сбой, — задумчиво протянул Петька.

— Но ты и не совсем его кузен, если помнишь. Так что Рэм еще сказал?

— Что он наглотался каких-то птарховых капель и не сдержался, но это не снимает с него ответственности. Он соблазнил тебя и, чтобы избежать последствий, собирался сделать предложение сразу по возвращении в Намарру. Как полагается порядочному… и все такое… Маш, ты теперь его лучше, чем я знаешь, он, что, всегда такой отмороженный?

Я понуро кивнула."

"— Он человек чести, Петенька. У нас раньше из-за этого на дуэлях убивали и умирали, смывая позор своей или чужой кровью.

— Кстати о дуэлях, — оживился брат. — Герцог предложил вызвать его на магический поединок, представляешь? Мол, он лишил невинности мою жену и не только поймет, если я пожелаю, бросить ему вызов, но готов добровольно принять на себя печать Гридгрифа. Не знаю, что это за хрень такая, но она временно перекроет дар, ослабит и сильно ограничит способности, так что у Саллера не будет передо мной никаких преимуществ.

— И что ты ответил, Петь?

На меня вдруг навалилась страшная усталость.