1972

Черное дорогое платье выше колен обтягивало стройную фигуру, подчеркивая ее безупречность, и у любого мужчины, способного на отношения с женщиной, при взгляде на это совершенство плоти тут же бы свело скулы от желания. Хороша!

Мужчина тоже был красив, но своей, хищной, опасной красотой. Обтянутые смуглой кожей скулы выдавали в нем латиноамериканское происхождение, а кисти рук, выглядывающие из рукавов безупречно сшитого дорогого костюма (как минимум пятьсот фунтов!), были покрыты сложной вязью татуировок. И татуировки, и крупные выпирающие на запястье вены человека, привыкшего к тяжелым физическим нагрузкам, указывали на то, что этот мужчина не из числа творческой элиты и уж точно не принадлежит к высшему обществу ни Британии, ни США.

Скорее он похож на дельца из Колумбии или Никарагуа, сделавшего свое состояние на продаже наркотиков. Мужчина слегка прихрамывал.

«Плохой парень» – так называют таких мужчин американцы, а благовоспитанные замужние домохозяйки рядом с таким парнем теряют голову и бросаются во все тяжкие, не думая о последствиях.

«Интересная парочка! И опасная!» – подумалось директору одной из старейших букмекерских контор Британии.

Но вслух он ничего такого не сказал, лишь указал на стулья напротив своего стола и пригласил:

– Садитесь, пожалуйста. Я Эдвард Кейн, директор конторы. С кем имею честь говорить? И что вы хотели?

– Пабло Родригес, а это моя жена Лаура. – Голос мужчины был негромким, слова он выговаривал четко, почти как англичанин, без присущего латиноамериканцам преувеличенного американского акцента. – Мы бы хотели сделать ставки на бой Мохаммеда Али и Майкл Карпофф. Как вы знаете, в США нет официальных букмекерских контор, так что легально сделать ставки мы не можем.

Вот потому и прилетели в Лондон.

– Да, примерно то же самое мне сообщил менеджер, – кивнул директор. – Также он мне сообщил, что вы хотите сделать максимальные ставки, допустимые нашими правилами.

– Именно так, – кивнул Родригес. – Мне сказали, что максимальная ставка в вашей конторе сто тысяч фунтов, но сделать я ее могу только с разрешения директора. Итак, мы здесь. Вы разрешаете сделать ставку?

Кейн посмотрел в темные глаза клиента, подумал секунд пять, затем спросил:

– А на кого вы хотите сделать ставку?

– А разве это имеет значение? – так же спокойно ответил Родригес.

 – Вы устанавливаете размер ставки в зависимости от того, на кого ставят?

– Конечно, – усмехнулся директор конторы, – это букмекерская контора, это не благотворительная организация. Она получает прибыль от ставок и в зависимости от рисков увеличивает или уменьшает ставку.

– Понятно. Как я уже сказал вашему менеджеру – мы хотели бы сделать ставки на бой Карпофф с Али. Ставка на Карпофф – один к семидесяти.