Закрой глаза (СИ)

Вечером же, после работы он пообещал заехать домой к родителям, правда, во сколько конкретно этот вечер для Жени наступит — неизвестно. Он захватывает пальто и направляется в свой кабинет. Впереди насыщенный рабочий день, каких теперь у него в изобилии, а мозг Евгения сейчас напоминает компьютер, который в режиме нон-стоп обрабатывает огромное количество информации, стараясь ничего не упустить из виду и не забыть ни одной детали. Розы. Да, нужно заказать две сотни роз. По греческой традиции всех гостей при входе будут осыпать их лепестками две девушки.

Поздним вечером, как раз на том моменте, когда гордый, раненый, но несломленный оковами и подземельем эльф королевских кровей пытается установить ментальную связь со своим братом близнецом, не зная, что по его же приказу тут и оказался, Макс выныривает на поверхность.

Его отвлекают какие-то громкие звуки за дверями палаты, и он автоматически поворачивает голову, прислушиваясь. Ругань становится громче и за секунду до того, как он узнает один из голосов, дверь внезапно распахивается и на пороге появляется его отец. В каку. Пиздец…

— Сынок… — выпитое грозит превратиться в пьяные слезы, — кровиночка моя… Та отцепись ты! — Отталкивает вытягивающую его из палаты молоденькую медсестру.

 — Иди работу свою… работай… Дай с сыном поговорить…

— Мужчина, покиньте палату. Посещения находящихся в стационаре после восьми вечера, да еще и в нетрезвом состоянии запрещены! — Пытается она, но отец Макса выпихивает ее за дверь, захлопывая ее со словами:

— Нормальные у меня сто… стос…сотс, — махнув рукой, вновь разворачивается, пока Макс в шоке наблюдает за этим спектаклем. — Ты ж плоть и кровь моя…

Покачиваясь подходит и сжимает ладонями щеки в конец офонаревшего Макса, обдавая все его рецепторы тем, что вполне может составить конкуренцию нашатырю.

Штырит так, что у Макса начинает разъедать глаза. Твою мать! Как он вообще выполз из квартиры в таком состоянии?

— Бать, пусти! — Слегка отшатывается Макс. — Что ты здесь вообще делаешь? Ночь на улице.

— …я ж как подумаю, так и сердце за тебя сжимается. Как же ты так… — Игнорируя вопрос Макса.

— Бать! Ты через полгорода в таком состоянии ехал?! — Чуть резко.

Тот на несколько секунд задумывается. Моргает пару раз.

— Нет… меня Сёма подвез… — Вспоминает, наконец. — От такой мужик! — Показывает большой палец вверх. — От такой! Душевный… очень.

Так, понятно. Раз «душевный», да еще и «очень», значит, напоил тоже он, а значит…

— Ты с ним пил, а потом ехал?!

— Так мы ж по чуть-чуть, за праздник. А потом говорю, отвези меня в больницу. — Отца чуть покачивает в сторону, и он опирается о здоровое плечо Макса. — Горе, говорю, у меня. Кровиночка моя там…

Максу вот только этого и не хватало для окончательного срыва.