5
0— Я — заместитель генерального директора по вопросам кадрового администрирования, корпоративной этики и развитию мотивационной политики предприятия.
Мне показалось, что у накачанного верзилы заскрежетали шестерёнки внутри черепа.
— Одним словом, я — новый управляющий этим заводом. Теперь тут всё моё, и вы все подчиняетесь мне.
— Ха-ха-ха, — картинно произнёс татуированный детина по кличке Кабан. — Этот завод — мой. Эти люди — мои, — голос его стал ниже, он явно готовился напасть. — Всё, что ты видишь, — моё. Пшёл вон!
— Значит, так, — я потёр переносицу пальцами. — Вы уволены. Остальные должны предоставить мне бумаги о своей квалификации, буду решать, кого оставить.
Криминальные элементы переглядываются друг с другом, но не могут понять, что происходит. Тогда все постепенно устремляют свой взор на Кабана. Вообще большинство взглядов переводились от меня к смотрящему и обратно, в зависимости от того, кто в этот момент говорил. Даже миловавшиеся в углу затихли.
— Аха-ха-ха, — на этот раз Кабан расхохотался по-настоящему, запрокинув голову назад. — Вы слышали, ребят⁈
Остальные поддержали его в смехе, и вскоре хохотали все, обнажая почерневшие и полусгнившие зубы.
— Можете собираться, — повторил я.
— Знаешь, кто по-настоящему владеет вещью? — громила вышел из-за стола и направился ко мне.
— Просветите меня, — всё так же спокойно попросил я.
— Тот, кто может эту вещь уничтожить. Только попробуй тут диктовать свои условия, и уже завтра же тут всё будет полыхать синим пламенем. И не только завод, но и общежития, и магазины, и всё остальное. Это — моё, и я это уничтожу, уходя.
А он оказался не таким дураком, чтобы полезть на меня. Я надеялся вырубить главаря, и уж потом разбираться с остальными. А у этого туз в рукаве. Если результатом моих реформ станет пепелище, вряд ли дед их одобрит и внедрит на прочих объектах.
Что ж, попробую старую добрую игру на самолюбии.
— Аргумент, — согласился я. — Только вот тут так и так скоро будет одно пепелище при том подходе к работе, если это можно так назвать, который тут присутствует в данное время.
— Ты можешь говорить яснее, благородь. А то такое ощущение, что сопли жуёшь.
Подручные верзилы хохотнули.
— Хорошо, говорю максимально ясно. Я предлагаю дуэль… По-вашему, просто драку или бой. Кто проигрывает, тот и уходит.
Кабан подошёл ко мне ещё ближе, остановился в двух шагах и теперь взирал сверху вниз. Из одного уголка его рта в другой бегала зубочистка. Я почему-то воочию представил, как она вылетает и вонзается мне в глаз. От этого стало максимально неприятно.
— Благородь, я, может, и не сильно далёкий человек, академий не кончал, но я не дебил, чтобы с аристо-магом в бою схлестнуться.
