8
0На одной из них – полно следов от его больших, подбитых гвоздями сапог, а на другой – ни одного! Понимаете? Кто-то прошел по этой клумбе и, чтобы стереть свои следы, разровнял землю граблями.
– А где они взяли грабли?
– А где они взяли лопату и садовые перчатки? – нетерпеливо возразил Пуаро. – Раздобыть все это было совсем нетрудно.
– Скажите хотя бы, как вы думаете, почему они выбрали этот путь? По-моему, более вероятно, что они влезли в окно, а вышли из дома через дверь.
– Возможно, конечно, и так. Однако я убежден – они вылезли в окно.
– Думаю, вы ошибаетесь.
Я предался размышлениям по поводу нового и неожиданного для меня поворота, который открылся в этом деле после того, что сказал мне мой друг. Мне вспомнилось, как удивляли меня таинственные намеки Пуаро на особую важность следов на клумбе и часиков мадам Рено. Разглагольствования Пуаро начисто лишены смысла, думал я тогда, и только сейчас, в первый раз за все это время, я понял, что эти, как мне казалось, мелочи позволили моему другу приподнять завесу тайны, которой окружено убийство. И как блестяще он распутывает этот загадочный клубок! Мысленно я отдал ему запоздалую дань восхищения.
– Между прочим, – заметил я глубокомысленно, – несмотря на то что сейчас нам известно гораздо больше, чем прежде, мы нисколько не приблизились к ответу на главный вопрос – кто убил мосье Рено.
– Да, – бодро согласился Пуаро. – Фактически сейчас мы даже дальше от него.
Казалось, это признание доставляет моему другу особое удовольствие. Я удивленно воззрился на него. Он поймал мой взгляд и улыбнулся.
Внезапно догадка озарила меня.
– Пуаро! Я, кажется, понял – мадам Рено, должно быть, кого-то выгораживает.
Мой друг довольно спокойно отнесся к моему озарению, из чего я заключил, что эта мысль уже приходила ему в голову.
– Да, – задумчиво согласился он. – Выгораживает кого-то… или кого-то покрывает. Одно из двух.
Мы уже входили в гостиницу, и Пуаро знаком предложил мне помолчать.
Девушка с тревожным взглядом
Аппетит у нас оказался превосходный. Вначале мы ели молча, потом Пуаро ехидно заметил:
Я почувствовал, что краснею.
– А, это вы насчет сегодняшнего утра? – Я силился принять самый беззаботный вид.
Но где мне было тягаться с Пуаро! Не прошло и пяти минут, как он вытянул из меня буквально все, до мельчайших подробностей.
Мне пришлось сознаться, что я не знаю.
– Не городите чепухи, Пуаро.
– Вчера – мадемуазель Добрэй, сегодня – мадемуазель Сандрильона! Решительно, Гастингс, у вас прямо-таки восточный темперамент. Не завести ли вам гарем?
– Вам только дай повод посмеяться надо мной! Мадемуазель Добрэй – прелестная девушка, ее красота просто поразила меня, я и не скрываю этого. А та, другая… Думаю, я вообще никогда больше с ней не увижусь.
