0
0– Он уже забыл, что мы спасли его шкуру. Из одной только благодарности он должен высыпать украденное к копытам твоего коня, батька!
– Так ты уверен, что это он? – спросил князь.
– Уверен, батька! Дай его мне – и еще до заката мы узнаем, где он спрятал золото! Ты видишь: он болтлив. Стоит припечь ему пятки – и он станет еще болтливее.
– Ты слышишь, что говорит мой боярин, варяг? – медленно цедя слова, произнес князь Игорь. – Ты взял золото, не ведая, кому оно принадлежит. Отдай его – и очистишься от вины.
«Может, так и сделать?» – подумал Духарев.
Но, черт подери, с этим золотом что-то не так. Нурманские подлые штучки…
Серега посмотрел на Скарпи. Нурман ухмылялся. То ли он был уверен, что Духарев скажет: нет. То ли знал, что дерзких варягов в любом случае пустят в расход. Зачем князю лишние свидетели?
Духарев повернулся к Устаху. Друг чуть заметно качнул головой.
Он тоже не доверял Игорю.
– Если бы у меня было это золото – и я отдал его тебе, княже, что было бы?
– Ты очистишься от вины, – сказал киевский князь.
Какой хитрый оборот. Не «сохранишь жизнь», не «получишь свободу», а «очистишься от вины». Хитро! Даже доли не предлагает.
– Нет, княже, если бы было у меня твое золото и я отдал его после угроз твоего боярина, что сказали бы люди? Варяг испугался пыток! И у меня не осталось бы ни золота, ни чести. Зачем тогда жизнь?
Синеусый боярин одобрительно крякнул. Князь покосился на него недовольно, но боярин-варяг только накрутил на палец ус. Тем же манером, каким это делал Рёрех, Серегин наставник, когда желал скрыть улыбку.
– Значит, золото у тебя? – спросил князь.
– Если я скажу «нет», разве ты мне поверишь? – усмехнулся Духарев.
Он тоже умел играть словами. Кроме того, это помогало обуздать страх. Игра и есть игра.
– Когда пытать тебя буду не я, а он, – князь кивнул на Скарпи, – ты разучишься говорить «нет». Мой боярин умеет развязывать языки. Ты в этом скоро убедишься. Но будет уже поздно.
– Пытать? – Духарев усмехнулся, хотя ему стало совсем невесело. – Я варяг, княже. Если я не говорю тебе, почему ты думаешь, что я скажу огню или железу?
– Это пустые слова, – вмешался Скарпи. – Позволь, батька, я займусь им!
Губы нурмана алчно искривились.
«Он уже видит, как режет меня на куски!» – подумал Духарев.
Удивительно, но Сергей все еще не испытывал никакого страха. Наверное, потому, что не чувствовал себя во власти княжьего ближника.
– Ты еще не отнял наши мечи, нурманская лисица! – рыкнул Устах, но Сергей поднял руку, и его друг умолк.
Силы слишком неравны. И Сергей помнил историю Рёреха. Тот тоже хотел умереть с честью, а угодил в лапы к палачам.
«Если враг сильнее, покажи ему свое мужество!» – вспомнил Духарев слова своего наставника.
