7
0Горло словно заржавело. С трудом глотнув, Джулиан поморщился. — Ради всего святого, скажи, что это не твоя комната!
— Это не моя комната. — Уголки губ Лили дрогнули в улыбке.
Джулиан шумно вздохнул. Наконец осмелившись бросить взгляд вокруг себя, он с облегчением отметил, что комната выдержана в подчеркнуто мужской цветовой гамме — везде царили густо-зеленые и темно-синие тона.
Внезапно в голову ему пришла мысль, от которой по спине поползли мурашки. Вздрогнув, он попытался сесть.
— Только не говори, что это его комната!
Улыбка Лили увяла. В глазах появилась печаль, и смешливые морщинки в уголках глаз исчезли.
— Нет-нет. Это не спальня Лео.
Облегченно выругавшись сквозь зубы, Джулиан упал на подушки. Выходит, все не так ужасно, как он думал. Потому что обесчестить лучшего друга — это одно. А проделать это в его же собственной постели — совсем другое.
— Это просто гостевая спальня, — успокоила его Лили. — Как твоя рука?
Словно в ответ в руке моментально вспыхнула боль. Ощущение было такое, будто ее окунули в кипящее масло, память мгновенно пробудилась. Джулиан со стоном закрыл глаза.
Пыльный склад.
Выпростав из-под одеяла здоровую руку, он осторожно потрогал бинты на другой руке.
— Доктор приходил, осмотрел тебя и перевязал рану, — пояснила Лили. — Судя по всему, он считает, что ты выкарабкаешься.
— Будь все проклято! — Джулиан принялся тереть кулаком глаза. — Холера… как я сюда попал?!
Лили неодобрительно цокнула.
— О Боже, как драматично! А я-то думала, что для тебя это дело обычное — я имею в виду проснуться в чужой постели, да еще совершенно голым.
Голым?! Ему послышалось, или она сказала…
Джулиан осторожно приподнял край простыни и шумно вздохнул. Слава Всевышнему! Он действительно лежал в постели голым — но лишь до пояса.
Лили, довольная собственной шуткой, звонко рассмеялась. Вынырнув из-под простыни, Джулиан сверлил ее сердитым взглядом:
— Тебе бы только дразнить меня!
— Что же делать, если ты такой законченный осел!
Джулиан, возмущенно сопя, повернулся на бок. Лили с улыбкой положила руку ему на плечо, и он вздрогнул — прикосновение ладошки к его обнаженному телу обожгло его.
— Да-да, именно это я и имела в виду, — перебила она. — А ты знаешь, что обычно я не употребляю подобных выражений.
Лили действительно никогда не называла его ослом. Что вовсе не означало, что она никогда не называла его так про себя. Надо отдать ей должное — даже если она и была о нем столь невысокого мнения, то благоразумно держала его при себе.
Фыркнув, Лили протянула ему стакан с водой. Джулиан с благодарностью поднес его к губам.
— Потому что ты ведешь себя как осел, — продолжала Лили.
