Todo negro

На земле кое-кто ещё сигналил, но большинство забивших автостраду водителей или тоже бросили тачки, спасаясь теперь на своих двоих, или впали в ступор.

Билли не мог позволить себе тупить, потому что отвечал не только за себя. Он вытащил плачущую дочку с заднего сиденья, поднял на руки и побежал между рядами автомобилей.

Позади металлические коробки уже трещали под ногами великана, который тоже направлялся на восток — прочь от Калифорнии, по шоссе.

Билли всегда ненавидел мексиканцев и всегда немного стыдился этого, но не теперь. Теперь всё, о чём он думал — унести отсюда ноги, и не столько ради себя самого. Однако с каждым шагом, слыша неумолимо приближающийся грохот поступи Мексиканца, бедняга осознавал: ничего не получится.

Оставалось только не уподобляться герою мультика, убегая от опасности строго по прямой. Не без труда Билли перебрался через ограждение с дочкой на руках, стараясь прикрыть ладонью её глаза. Ни до какого транспорта в конце пробки он не доберётся, по крайней мере — сейчас. Но и отсвечивать на обочине не стоит.

— Тихо, солнышко, тихо…

Отыскав неподалёку от дороги жидковатый кустик, Билли начал мысленно молиться о том, чтобы проклятый Мексиканец не заметил его или, по крайней мере, не решил забавы ради раздавить.

Гиганту, голову которого высоко в ночном небе было и не разглядеть, оказалось не до кустов в стороне от шоссе: хоть в этом повезло. Он пёр вперёд, ступая по автомобилям — колоссальную тёмную фигуру облизывали прожекторы. Мексиканец, глубоко вдавливая машины в асфальт, поравнялся с прячущимися.

Билли понятия не имел, где конкретно сейчас находится, куда ему идти с ребёнком на руках и получится ли вообще найти какую-то помощь. Следовать за исполином бессмысленно: на своём пути он не оставит ничего, точно так же, как ничего уже не было и позади. Только разбитый хайвей, усеянный сплющенными автомобилями.

Власти даже не почешутся, чтобы кому-то чем-то помочь здесь, это ясно. Их теперь волнует только сердце великой демократии — земля, по которой прошёл Мексиканец, предоставлена самой себе.

Тем временем в небе мелькнуло ещё что-то — точно не прожекторы. Святящиеся точки, оставляя за собой короткие шлейфы, неслись очень быстро, подобно метеоритам. Билли здраво рассудил, что в Мексиканца решили запустить ракеты, но не успел понять, какими именно. Вспышка, миг спустя ослепившая его, не имела ничего общего с видеороликами из Ирака и Сирии. После этого взрыва ни Билли, ни его дочь уже ничего не увидели.

Несмотря на все нелестные слова, сказанные в моей книге о Дональде Трампе, нужно всё-таки отдать ему должное в одном: это решительный и упорный человек.