0
0Но Красавке было не до нее, он лежал на боку и страдал от душевных мук.
Как же так! Он подвел хозяина и теперь справедливо наказан!
Его наказание как раз приземлилось рядом с его мордочкой. Красавка зажмурился не в силах видеть то, что ему приказали сожрать.
А пахло то как отвратительно! Бррр!
— Может ему туда еще молочка долить? — спросила вторая девчонка с рыжими волосами. — А то он, видать, еще не привыкший к манной кашке?
И пока эти двое полезли в холодильник, Красавка пулей вылетел из кухни. Пробежав несколько поворотов, он выскочил в сад, бросился в кусты и затаился.
Не успел Красавка перевести дух, как ему снова стало страшно стыдно. Он так нелепо попался! Руку Мудака следовало сожрать сразу, когда он стянул ее со стола у Гамы, а не бегать с ней по дому! Ох, если бы не эта шавка!
Надо как-то умаслить хозяина. А то он еще и решит выгнать помощника, не оправдавшего ожиданий!
И тут сверху среди деревьев что-то блеснуло. Солнечный зайчик?
Любопытный Красавка бросился на лучик света, который пробивался из леса за забором.
Перемахнув через преграду, он чуть-чуть пробежал вперед и пригляделся. Ага, снова мудак на дереве! Шпиён!
Вот и решение! Красавка схватит негодяя и получит от хозяина вожделенное: «Спасибо»! А может, и кусок мясца побольше!
Стоило нам отъехать от усадьбы, у меня зазвонил телефон.
— Брат, ты как?! — зажурчал ее голосок в динамике.
— Жив. Твой пес тоже. Дать ему трубку?
— Ха-ха, очень смешно… — шикнула Настя и мигом отключилась.
Берс лежал у меня в ногах и не сводил настороженных глаз с инквизиторши. Она сидела напротив, листала блокнот и поглядывала то на пса, то в записи.
Снова на Берса, и снова в записи. Пес отвечал ей тем же.
Людвиг сидел за рулем и вращал «баранку». В его ручищах руль выглядел игрушечным.
Чтобы немного разрядить обстановку, я начал наглаживать Берсу шею. Тот, похоже, принял меня за своего и не возражал.
— Гертруда Михайловна… — нарушил я неловкую тишину. — А что за «новые обстоятельства», о которых вы сообщили моему дворецкому по телефону?
— Подозреваемые дали показания, и их следует уточнить, — охотно отозвалась она. — Уверяю, долго мы вас не продержим. Час, максимум два.
— Хотелось бы надеяться. У меня, знаете ли, дел выше крыши.
— Понимаю, я читала «Фаустовского репортера» сегодня утром, — кивнула она и вытащила из папки знакомый номер газеты. — Про вас с сестрой там вышла неплохая статья…
Я подхватил газетенку и раскрыл ее на развороте. И сразу же наткнулся на художества той же самой Устиновой Н., где она расписывала, как молодой наследник Скалозубовых «по данным источника» собрался промотать наследство своего умершего отца.
Сука! Ну держись… кто бы ты ни была!
Внешне, естественно, я даже не поморщился.
