Там, за передним краем

Так что основа для дружбы со снайперами у нас заложена прочная. А теперь будет еще прочней — ихний командир у нас прописан и взят на полное котловое довольствие.

— Какое довольствие… — смутился Вадим. — Я сюда буду приходить только спать. Остальное время мне положено быть там, с подчиненными.

— Правильно! — подхватил Николаев. — Одних их оставлять никак нельзя. Архаровцев у нас хватает. Не успеешь оглянуться — и нет «стеклышка».

— Пожалуй, я пойду к ним, — вставая, произнес Лавров. — Уже вечереет. Скоро должны возвратиться две лары с задания.

Но вернулась только одна пара — Полина Онищенко и Лида Ясюкевич.

Валя Трунина была убита. Ее попыталась вынести Маша Тарелкина, половину пути протащила и сама была ранена. Еле доползла до первой траншеи. Оттуда ее санитары принесли на полковой медпункт. Узнав об этом, Вадим вместе с ефрейтором Самсоновой побежали туда. Маша лежала на носилках. Ее готовили к эвакуации. Осколки мины попали в бедро и лопатку.

— Опасного для жизни ничего нет, — сказала врач Антонина Петровна Языкова, пожилая добросердечная женщина, — но нужна операция. Сейчас придет машина, и мы отправим ее в дивизию.

Наташа и Лавров подошли к Тарелкиной.

— Как же это случилось, Маша? — спросила Самсонова.

Девушка открыла глаза, увидела подругу, болезненно улыбнулась.

— Понимаешь, — начала она, — выползли мы на вчерашнюю позицию. Залегли, изучаем обстановку. Час прошел — ничего существенного не заметили. Наверное, это нас успокоило. Потом Валя присмотрелась и увидела перед кустами бугорок. Ей показалось, что он шевельнулся. Она подала мне знак, дескать, вижу снайпера. Я тоже туда навела прицел. И тут Валя выстрелила.

Я сама видела, как бугорок дернулся и за ним что-то мелькнуло черное. Ну, вроде как винтовка поднялась и упала. Показываю ей большой палец: молодец, мол, Валя!

Маша замолкла, облизала губы, попросила пить. Врач разрешила. Дали ей стакан воды. Пила долго, маленькими глотками. Отдышалась, продолжила:

— Валя не отрывалась от оптического прицела, все смотрела на бугорок. А чтобы получше видеть, взяла и чуть приподняла голову. На одно мгновение. И тут же раздался выстрел. Я заметила — из кустов. Валя даже не ойкнула. Голова ее ткнулась в землю, винтовка вывалилась из рук.

Я подползла к ней, стащила ее в окопчик, плачу, щупаю пульс. Да где там: голова пробита навылет. Прямо в лоб. Взвалила ее на себя и по лощине поползла домой. А тут минометы начали жарить. Одна мина рванула недалеко и — все, еле выбралась потом, но без Вали.

— Кончайте, товарищи, — сказала врач. — Подошла машина. Санитары, несите раненую.

— До свидания, Машенька, — поцеловала ее Наташа. — Выздоравливай и возвращайся к нам.

— А это кто? — показала Тарелкина глазами на Вадима.