Там, за передним краем

Но обстановка вся осталась в сохранности. Так что кашу сварить, чаек вскипятить есть где. Располагайтесь. Вот вам комната, там кухня. — Увидел сержанта Лаврова, обрадовался. — А я вас всюду ищу. Звонил начальнику штаба, тот сказал, что все снайпера на задании. Где вы — не знает. Кстати, что за стычка была у вас с танками? И откуда они появились там? Мне доложили, но я, грешным делом, сначала не поверил. Снайпер с винтовкой против стальной громадины…

— С танками дрались не одни снайпера, — ответил сержант. — Крепко помогли артиллеристы.

— Знаю, — подтвердил замполит.

 — И все равно молодцы. Не струсили, остановили. Иначе они могли много бед натворить. Но я не за этим вас разыскивал. — Взглянул на часы. — Успеем. Скоро откроется партсобрание. На нем будут принимать вас в кандидаты. Устав прочитали? Все в нем уяснили? Ну и хорошо.

Не снимая вещмешок и не выпуская из рук винтовку, сержант Лавров шагнул вслед за майором. Шли молча. Каждый думал о своем: Тимофей Егорович — о докладе, с которым должен выступить перед коммунистами полка, Вадим пытался угадать, какие вопросы будут заданы, прикидывал ответы на них.

Подошли к каменному сараю.

— Подождите здесь, — сказал Тимофей Егорович. — Вас сейчас позовут.

Через две-три минуты дверь сарая приоткрылась.

— Сержант Лавров, заходите.

Сразу напротив двери стоял стол. На нем — два фонаря «летучая мышь». Еще два фонаря висели в глубине сарая на противоположной стене. За столом сидели трое: старший лейтенант Петров, капитан Кучеренко и ефрейтор Никитин. Другие располагались кто как мог — сидя, полулежа, и где мог — на полу, бревнах, куче соломы. Капитан Кучеренко объявил повестку дня: 1.

Прием в партию. 2. Личный пример коммунистов при форсировании Даугавы.

Первым зачитали заявление сержанта Ремеза Владимира Ульяновича. В нем говорилось: «Прошу принять меня в ряды Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). С фашистскими захватчиками буду сражаться, как подобает коммунисту».

В дальнем углу поднялся лейтенант Павлов.

— Сержант Ремез, — сказал он, — погиб сегодня во время рукопашной схватки. Рядом с ним лежали шесть убитых фашистов. Считаю, что долг коммуниста он с честью выполнил и предлагаю принять его в ряды ВКП(б).

«Вот и не стало больше «Учуть вас, у́чуть», — с сожалением подумал Вадим. — Душевный человек был…»

Собрание единогласно решило: принять товарища Ремеза В. У. в члены партии. Посмертно. Посмертно были приняты в ряды коммунистов Харламов Михаил Степанович, Шамшин Иван Васильевич, Кураев Федор Андреевич, другие отличившиеся при прорыве вражеской обороны и форсировании Гауи…

Затем капитан Кучеренко зачитал заявление сержанта Лаврова Вадима Павловича.