6
0Начнем с того, что в этот можно было попасть лишь по особой золотой карте, а для всех остальных вход сюда был закрыт.
Причем принадлежность к дворянскому сословию еще не означает, что тебе так просто ее выдадут. Даже титул не гарантирует обязательного получения такой карты.
Об этом мне рассказал Лешка после того, как забрал меня, и мы поехали в магазин. У меня такой карты не было, зато у него была. Причем Савенко сами прислали их Нарышкиным.
— А меня туда пропустят, если все так сложно? — спросил я у него. Как-то не хотелось приехать в магазин и узнать, что ты не достоин оказаться внутри. Только время зря терять…
— Со мной пропустят, — ответил он и пренебрежительно махнул рукой. — Не волнуйся, Макс, тебе тоже пришлют. Наступит момент, что тебе их пачками присылать будут. Раньше я такие карточки в коробку из-под приставки складывал, а потом стал просто выбрасывать. Большая часть из них просто бесполезный хлам.
— Я вообще не понимаю, зачем они нужны, — сказал я. — Как будто других магазинов мало.
— Нужны, Макс, — сказал Лешка и поправил волосы. — Все эти мелкие условности и детали, по сути, работают как четкий сигнал: свой — чужой. Например, взять магазин, в который мы с тобой едем. Кто-то имеет право попасть в него, а кто-то нет.
— Такое ощущение, что это важно… — пожал я плечами. — Какая разница, кто в него может попасть, а кто нет? Я думаю, торговцам главное, чтобы клиенты побогаче были, а все остальное — ерунда."
"— Ну не скажи. Не всегда большие деньги равняются пропуску. Есть такие места, куда не попадешь будь ты хоть трижды миллионер, — ответил Нарышкин. — Положение гораздо важнее, поверь. Иногда тебя будут избегать даже из-за твоих друзей. Вроде бы какое это отношение имеет лично к тебе? А между тем, иногда это важнее любых миллионов на счету.
Пока я размышлял над Лешкиными словами, наш автомобиль остановился возле красивого двухэтажного здания, на фасаде которого красовалась надпись: «Торговый Дом Савенко».
Никакой карточки княжич никому не показывал. Едва мы подошли к двери, как она широко распахнулась и нас встретил человек, с такой широкой улыбкой на лице, как будто бы были его близкими родственниками.
— Господа, прошу вас! — пригласил он нас, отойдя в сторону. — Рад вас видеть в нашем новом магазине, Алексей Николаевич. Ваш друг…
— Максим Александрович Темников, — помог ему Лешка. В отличие от Белозерского магазина, меня здесь почему-то сразу не узнали.
— Вот как? Наслышан, как же… Прошу вас, господа, прошу… — порхал вокруг нас улыбающийся человек и на подмогу к нему мчались еще двое. — Смею предположить, вы готовитесь к сегодняшнему Императорскому балу?
— Точно, — кивнул Нарышкин, снимая свою шубу. — Нам нужно что-то такое, в чем мой друг будет неотразим.
