5
0Трупов немецких солдат полно, не меньше полусотни, да еще в траншеях и окопах, заваленные землей, лежат. Славно поработали!
Внезапно сзади, за башней, раздался шорох и металлический стук.
Виктор резко обернулся и увидел: на моторном отделении – солдатик, молодой еще совсем. В покрасневших от холода руках ППШ сжимает. Когда же он успел на танк взобраться?
– Иван – из Опрышкино.
– А на танке ты как оказался?
– Когда гвоздить по нам стали, все попрыгали, а я остался. За башней-то безопаснее…
– Испугался, значит?
– Так это ты из автомата стрелял?
– Я. Вижу – немцы бегут. Вот я им в спину… – С этими словами пехотинец повел стволом автомата.
Сзади послышался рев танков – это приближалась остановившаяся было из-за минометного огня танковая рота.
Около танка Виктора остановился танк командира роты, и из люка по пояс высунулся Маханин. Осмотрелся:
– Это они по нам лупили?
– Молоток! Представление на награду напишу, одним экипажем всю батарею раскатал.
– Об Иване не забудьте, он из автомата поддерживал. Один из десанта на броне остался. Смелый парень.
Командир роты достал планшет.
– Красноармеец Черепанов!
– Я запишу и сообщу в штаб вашего батальона. Стрелков, я свяжусь со штабом, жди указаний. – Маханин нырнул в башню.
Через несколько минут он показался вновь.
– По данным авиаразведки за тем леском немцы подкрепление подтягивают. Через лес просека идет. Иди первым, мы за тобой.
Танк Виктора пошел к лесу, по его колее – остальные. Так меньше риска. Если подорвется на мине, так один, а не все.
Но Бог миловал, и танк прошел с километр вдоль опушки.
Слева показалась просека, и «шерман» свернул туда. Деревья задерживали снег, и потому на самой просеке были ветра и снега осталось мало.
Шли с приличной скоростью, километров тридцать – тридцать пять, для неровной грунтовки – вполне приличная скорость. На просеку уже вся рота втянулась, не отстают. Иной раз в быстроте – залог успеха.
Немцы их явно не ожидали, проморгала их разведка.
Когда «шерман» выехал из леса, немецкий батальон занимался обустройством. Рыли капониры, траншеи, окопы – долбили мерзлую землю. И все позиции были тылом к лесу повернуты: видимо, фрицы полагали, что наши части лес обходить будут. Почему о просеке забыли, вот вопрос? А может, на карте ее не было? Ведь немецкие карты по данным авиаразведки делались, причем довольно точные были – но долго ли просеку проложить?
«Шерман» Виктора сразу пехоту давить начал, оба пулемета огнем захлебывались. Мимоходом пушку раздавили. Расчет пытался развернуть ее в сторону просеки, но не успел. Трясло на ухабах, ямах, окопах и сминаемой технике немилосердно.
А с просеки один за другим остальные танки уже выползали – и сразу в бой. В такой ситуации оборону, отпор организовать невозможно.
