4
0
— В гостиной на шкафу, — отвечает старейшина, искоса глянув на мои исцарапанные руки в ссадинах и синяках от падения. — Моя жена хорошо умеет обрабатывать раны…
— Я ими займусь, — отрезает Короленко.
Он уводит меня всё так же за руку в отдельное помещение на втором этаже. Внутри возле стены стоит его черный дорожный кейс, а на тумбочке заряжается ноутбук с темно-бордовым корпусом. Значит, это его комната…
Инициатива босса в щекотливом вопросе обработки ран так и держит меня в легком ступоре. Он что, серьезно собирается лично осматривать мои ноги?! Но… у меня же почти все самые отбитые места — интимные, можно сказать!.
Не-не-не, он это наверняка просто так сказал.
И всё же, испугавшись его слов, я решительно прячусь за спинку первого попавшегося кресла, как только Короленко подходит ко мне с аптечкой. Чисто на всякий случай, чтоб от греха подальше.
— Я сама справлюсь, Артур Георгиевич! Спасибо большое.
Но он, будто не слыша меня, обходит кресло со вполне очевидными намерениями. Онемев от изумленного неверия, я непроизвольно начинаю пятиться назад… и каким-то неведомым образом возвращаюсь по кругу в исходное место.
— Сядь, — приказывает Короленко своим густым вибрирующим голосом.
Под его тяжелым взглядом возразить я не осмеливаюсь. Медленно опускаюсь на самый краешек мягкой кожаной обивки, как загипнотизированная. И снова вся в проклятых мурашках.
Он пристально осматривает мои исцарапанные руки и колени. Затем спокойным, абсолютно непринужденным движением усаживается на широкий подлокотник кресла.
— Я обработаю ссадины, не напрягайся, — жесткий вжик “молнии” на коробе-аптечке заставляет меня нервно вздрогнуть.
Так-то босс прав, если подумать. Всегда проще, когда о тебе заботится кто-то другой.
Но-о… это странно. Очень странно. Начальник лично обрабатывает царапины подчиненной вместо того, чтобы поручить это дело кому-то еще? Вон старейшина ведь жену свою предлагал в помощь. Почему Короленко отказался?..
Я молча наблюдаю за его ловкими бережными движениями, не зная уже, что и думать.
Пощипывание антисептика на саднящих коленках наконец выводит меня из состояния ступора.
М-да… Теперь-то я понимаю, что такого волнующего люди находят, играя наедине в “доктора” и “пациентку”."
"Любая девушка или женщина знает это сладкое и беспомощное ощущение, когда рядом с ней тот, кто ей нравится. Тот самый, особенный мужчина.
