0
0"И уж чего-чего, а залива отсюда не увидишь…"
Взгляд наткнулся на фотографию в рамочке, подаренную Игреком. Фото стояло на прикроватной тумбочке. Трое героев – Дима Полуянов, Игорь Старых, Таня Садовникова – выходили измученные и веселые из мрачного здания финской тюрьмы.
Противно было смотреть на собственное довольное лицо.
"Я взял и сам все испортил, – подумал Дима. – Кой черт понес меня вчера к этому русскому. Тоже мне, Штирлиц!.. Теперь, наверное, о Поле придется забыть.
А ведь все могло быть иначе… Сейчас бы мы побарахтались в кроватке. А потом, может быть, поговорили.
На секунду Диме представилось тело Полы: гладкое, ловкое, ненасытное, не по годам упругое. Еще бы раз с ней!.. Эх, раз, еще раз! От невозможности немедленно заключить ее в объятия Дима даже застонал.
Полуянов подскочил с кровати и отправился в душ.
"Все, хватит Полы, – думал он, подставляя тело под струи горяченной воды. – Надо заняться другими темами. С крадеными рукописями, кажется, ничего не вышло. Но надо оправдать для газеты свое пребывание в Степлтоне.
Журналист вылез из душа. Стал бриться и одновременно закурил – первую, натощак, утреннюю сигарету.
И вдруг понял: ему совсем не интересно заниматься никакими другими темами. Ни Биллами Гейтсами, ни Мадоннами. А вот Пола его задела. И понять: как, почему и, главное, зачем она украла русские рукописи – ему сейчас интересней всего на свете.
– Это особняк госпожи Полы Шеви. Чем могу вам помочь?
– Здравствуйте, мистер Пьер. Это Дмитрий Полуянов, русский журналист. Могу я поговорить с миссис Шеви?
Телефонная музыка. Она играет в трубке долго, очень долго. Бесконечно долго. Спятить можно.
– Сэр, – в голосе Пьера звучит вежливый лед, – хозяйка сейчас занята. Очень занята.
– Когда она освободится? – довольно грубо спрашивает Полуянов.
– Попробуйте позвонить на будущей неделе. – Пауза, и Пьер добавляет, как кажется Диме, с ликующей издевкой:
– Спасибо.
Дима побродил по номеру мотеля.
Два шага – упираешься в стену.
Два шага назад – натыкаешься на кровать.
Никакого простора для мыслительной деятельности.
Журналист с досадой бросился ничком на постель.
Достал из тумбочки большой блокнот с желтыми страницами, авторучку.
Написал на первом листе: "Зачем она украла рукописи ?"
Подчеркнул жирной чертой.
"Давай, голова, думай!" – скомандовал сам себе.
"Вариант первый. Самый простой. Она – коллекционер.
